Три века на службе Родине. Н. Кукель-Краевский

106 расквасили. Увидев кровь, я рассвирепел и, очертя голову, на них набросился. Мне удалось двоим прилично всыпать. Это, видимо, понравилось «пахану». Он закричал: «Эх, сявки, вчетвером не можете справиться. Хватит, а то он вам вломит». Драка прекратилась. Последовал вопрос: «Жратва есть?». У меня оставалась колбаса и хлеб – сухой паек, выданный в приемнике в Свердловске на дорогу. Впятером мы ее докончили. Так состоялось знакомство со шпаной. Когда после работы пришли остальные жители камеры, «паханок» меня представил и уважительно предупредил, чтобы не нарывались, рассказав о только что закончившемся инциденте. Я оказался самым грамотным и начитанным среди моих «сокамерников». В свободное время мальчишки и, в первую очередь «пахан», любили рассказывать «романы». Тут я оказался на высоте, рассказывая про графа Монте-Кристо, трех мушкетеров, капитана Сорви Голова, иногда кое-что присочиняя от себя. В основном, эти «литературные» вечера велись после отбоя. Несмотря на то, что отношения со шпаной у меня нормализовались, я должен был пройти курс молодого вора. Здесь была хорошо отлажена система обучения «щипачей» - карманников. Происходило это так: брался пиджак и половая щетка. На эту щетку как на плечики одевался пиджак. В его карманы раскладывались: «Бочата» - часы в «чердачек» - это в кармашек в верху пиджака слева. Затем «лопатник» - бумажник клался в «скуленку» - внутренний карман. Кошелек клался в один из боковых карманов. Затем пиджак уравновешивался на щетке. Нужно было вытащить попеременно все из карманов, не дав упасть щетке. Если щетку уронили, виновник получал от пахана «шелобан» - щелчок по лбу, весьма болезненный, иногда даже шишка появлялась. У меня довольно-таки быстро появлялись навыки карманника. Уж больно не хотелось получать щелчки по лбу. Мои успехи понравились пахану, и он мне иногда поручал вести эти занятия. Эти мои успехи даже способствовали появлению авторитета, что весьма ревностно было встречено несколькими старожилами. Мне даже хотели устроить темную, но пахан не разрешил. Так что эти колонии были, кроме всего прочего, курсами обучения и повышения квалификации карманных воров. Многие беспризорники, попавшие в