Три века на службе Родине. Н. Кукель-Краевский

33 Одновременно с этим советское правительство в Москве, рассматривая вопрос о судьбе Черноморского флота, тоже приходит к выводу, что флот надо затопить. Для согласования этого вопроса с руководством Антанты правительством был командирован, как бывший заместитель морского министра России, дядя Сережа. Руководство Антанты после переговоров сочло целесообразным ликвидацию кораблей, так как считало, что усиление морских сил Германии за счет кораблей Черноморского флота резко отрицательно повлияет на обстановку на Средиземноморском театре военных действий. В результате В.И.Лениным, как главой правительства России, на аргументированном докладе военно-морского командования была наложена историческая резолюция: «Ввиду безвыходности положения, доказанного главными морскими авторитетами, флот затопить немедленно. Председатель Совнаркома В.Ульянов-Ленин». Точка зрения офицеров-патриотов была подтверждена решением Правительства. Но объявить открыто об этом было нельзя в связи с немецким ультиматумом. Поэтому были даны две телеграммы, чтобы дезориентировать немецкое командование. Первая, открытая, требовала до 19 июня вернуть флот в Севастополь, а вторая, секретная, дезавуировала первую и требовала флот немедленно, до 19 июня, затопить. Это использовали предатель – исполняющий обязанности командующего флотом капитан I ранга Тихменев и часть антисоветски настроенных офицеров, которые считали, что лучше сдать флот немцам, чем поддержать Советскую власть. Была дана команда судам идти в Севастополь, уже оккупированный немцами. Наличие второй телеграммы не афишировалось. Против решения командующего выступил отец, поддерживающие его офицеры и команды судов. Начались бесконечные митинги, споры, дезертирство. Утром 17 июня меньшая часть судов во главе с Тихменевым ушла в Севастополь и была захвачена немцами. Это линкор «Воля», эсминцы «Беспокойный», «Дерзкий», «Пылкий», «Поспешный», вспомогательный крейсер «Траян». Над «Керчью» и на судах, оставшихся в Новороссийске, был поднят флажный сигнал «Судам, идущим в Севастополь, – позор изменникам России». Возникло предложение догнать суда, ушедшие в Севастополь, эсминцами, оставшимися в Новороссийске и торпедной атакой их затопить, однако отец