Ольга Черниенко. Собачье сердце

62 никогда не оставите! Как же не хочется умирать, дорогие мои! Особенно теперь… На похороны Энн не пошла. Он должен был остаться в её памяти живым, с привычной для неё доброй улыбкой, ласко- выми глазами. А Долли стала самым дорогим, бесценным по- дарком, не сравнимым ни с какими бриллиантами, картинами или статуэтками. Казалось, собака связывает её незримыми нитями с любимым человеком. Прошло полтора года. Долли превратилась в статную кра- савицу, и встречные оглядывались, любуясь высоким, силь- ным мраморным догом. Жизнь в Париже была уже не в ра- дость. Хотелось сменить обстановку, отдохнуть, забыться. Весной Энн решила навестить брата в Чикаго, провести с ним лето и, возможно, остаться в Штатах навсегда. Кроме того, ей выпала счастливая возможность совершить историческое пу- тешествие через океан на новеньком «Титанике». И теперь она здесь, на корабле, с любимой Долли. Нахлынувшие воспоминания не давали уснуть. Лишь под утро Энн забылась беспокойным сном. Ей пригрезился парк в снегу, пруд, затянутый льдом, Долли с мячиком и мужчина в широкополой шляпе, с тросточкой, на противоположном бе- регу. Собака вздрагивает, вглядывается и, сорвавшись с места, вихрем несется через пруд навстречу ЕМУ! Но с треском лома- ется лед, и падает Долли в темную полынью, барахтается, бьет в отчаянии лапами по воде… – Долли! Долли! – беззвучно зовет Энн, но не может вздох- нуть – обручем сдавило грудь… Женщина в ужасе проснулась. Бешено колотилось сердце. Машинально протянула руку, чтобы погладить собаку, спя- щую рядом с постелью, но нащупала лишь пустоту. Мгновенно исчезли остатки сна. Взглянула в иллюмина- тор. Светало. Пора навестить Долли.