Миллер В. Нескучная проза жизни. Том 1

120 потолстел, грудь выросла, живот в смысле, подбородок был уже не в одиночестве. Наша старшая пионервожатая, увидев меня в классе, спросила, откуда новичок появился, не узнала. Я еще раз напомню вам – пятый класс, 12 лет, мальчишечка, вдруг неуютно себя почувствовал, стыдно стало, что такой толстый, что меня и учителя не признают. И уже начинают пацаны подразнивать разными обидными словами, не буду перечислять, и так понятно, а самое обидное, когда параллель проводят между мной и нашим горой-директором, который, когда сердился – аж задыхался от большого количества жира в организме. Ударился я с испугу за перспективное ожирение во все виды спорта, а тогда в нашей жизни и телевизоров не было, не говоря о компьютерах, улица, спорт и самодеятель- ность. Догнал, короче, согнал лишнее, пришел в себя. Про- шло довольно много времени, я уже стал студентом, учусь на первом курсе в НЭТИ, играю за сборную института по ба- скетболу, даже капитан команды, и, представьте себе, – перво- го мая при хорошей погоде на берегу котлована мы играем с девушками в волейбол, отбивая мяч, забрасываю его в воду. Делать нечего, лезу, разогретый от спорта и прекрасных леди, в холодную майскую воду, плаваю геройски перед девушка- ми, простываю, естественно, и у меня вновь проблемы с тем самым сердечным клапаном, о котором я вам поведал выше, и меня опять командируют со строгим постельным режимом в больницу. Правда, таблеток для аппетита не давали, коло- ли нещадно, пичкали лекарствами как могли, дело весной, к сессии, зачеты, я умудрился так «заклеить сестричек», кото- рым несколько раз в день для уколов обнажал некую часть тела, что они не только позволяли мне некоторые вольности, не пугайтесь, друзья мои, вполне невинные вольности к со- жалению, мы ведь еще «в то время» жили, но и не «стучали» врачам, когда я удирал сдавать зачёты и даже успевал играть в баскетбол на соревнованиях. (И это при строгом постель- ном режиме, вот молодость.) Выйдя из больницы, я получил, кроме восстановленного здоровья, и еще очень крутую запись в военном билете, что не годен к строевой в мирное время, годен к нестроевой в военное и т. д., если не ошибаюсь в фор- мулировке, словом, сердце больное, в армию нельзя. Тогда об этом мечтали многие, ибо нам светила после вуза возмож- ность проявить себя в армии, а мне стало быть – гражданка только. Вы не поверите, когда меня, инженера завода имени