Миллер В. Нескучная проза жизни. Том 1

128 восьмидесятых – девяностые, гастроли с симфоническим ор- кестром, когда любая заработанная копейка валютная (дело было за рубежом) предназначена была только для приобрете- ния для дома и семьи, ели, что привезли с собой, я уже писал про наши достижения и навыки гастрольные. А вот про халя- ву добавлю – был у нас в оркестре один музыкант, который был просто чемпион мира по халяве. Чутье у него такое было, сильно развитое чутьё, я узнал об этом совершенно случайно. Как-то на гастролях собрались мы в номере выпить на чет- верых, каждый что-то внес из своих запасов, только-только разливать – стучат. Хозяин комнаты, тоже музыкант оркестра, пошел открывать, со словами, мол, ручаюсь, Миша Б. при- шел. Точно, Миша, главный халявщик, прочувствовал видать, кое-как выперли его, самим мало. Я потом не раз обнаружи- вал его на наших небольших тусовках после концертов, за- крытых даже, всегда удивляясь его могучему таланту, как он пронюхивал предстоящее событие, оставался, ждал и прони- кал всегда, куда не звали. Но самое, самое, что всплывает у меня в памяти, когда я слышу или сам говорю это слово, ма- люсенький и забавный эпизод, связанный именно с Мишей Б. Идём мы компанией – несколько человек из оркестра – по вечернему прекрасному городу Дюссельдорфу, как мне пом- нится. Давно идем уж, гуляем, смотрим, любуемся красотой и порядком, на витрины глазеем, год 89-й того века, дома все не так, а тут, бля, нате вам – коммунизм. Уж простите за бран- ное слово, не могу иначе, наболело. Давно ходим, по малой нужде хочется уже, не всем, конечно, но за компанию все го- товы, на перспективу, так сказать, чтобы еще погулять можно было. И вот идем, идем и видим надпись соответствующую на стене чего-то, туалет стало быть. Стали, призадумались, улица практически, наверняка платный туалет, в Германии в основном платные туалеты тогда были. Вот стоим и думаем, жалко же пфеннинги тратить, хоть малая, а валюта, известно же, что копейка рубль бережет, глядишь и сэкономим марку- другую, когда до гостиницы доберемся. Словом, разделились, кто не так приспичен был, пошли дальше, и я в том числе, а кто невмоготу, делать нечего, потрусили, теребя ихние ко- пейки западные в своем музыкантском кармане. Миша тоже пошел во второй туалетной группе, якобы поглядеть, как там у них устроено, наверняка удавился бы, если бы платить при- шлось. Отошли мы уже немного, ну, ровно столько, сколько