Миллер В. Нескучная проза жизни. Том 1

143 рода и привозил подарки, что, априори, уже было вкусно. Новый год в детстве – не только запах елки, но и запах манда- ринов, которые мы видели и ели только раз в году. Таким же вкусным и интересным было кино. В моём маленьком город- ке, где мы жили на краю города, кино показывали в клубе не- далеко от нас. На территории, раньше закрытой и огорожен- ной колючей проволокой, я уже раньше упоминал об этом, это была территория, где жили спецпереселенцы, люди, приве- зенные из разных мест и посаженные за колючку. Их возили в закрытых машинах на работу в шахты и на рудники. Хорошо помню некоторых людей оттуда, которые после смерти отца всех народов (мне было пять лет) не уехали и уже свободно ходили на работу. Одного очень странного деда с большой бо- родой мы, мальчишки, постоянно дразнили за его странный вид. Почему это делали, не могу объяснить, он обижался и ругал нас, маленьких «разглиндяев». Пишу и думаю, возмож- но, и не дед это был, борода черная была, что я мог знать в своем пятилетнем возрасте, борода – значит, дед. Много вре- мени спустя я вдруг осознал, что на краю моей жизни прошли страшные сталинские времена, когда толпы людей волей од- ного человека переселялись, специально, насильственно пе- реселялись к нам в Сибирь, и не только к нам. Когда убрали колючую проволоку и забор, мы нашли здесь друзей-свер- стников, с которыми играли в наши детские игры. Смутно помню бараки, где жили мои новые друзья, но вот клуб, где крутили кино, помню очень хорошо. Помню даже здоровен- ного парня из местных, который проверял билеты на входе в кинозал. И которому можно было дать рубль, и он пропускал тебя в зал. где мы, ребятишки, норовили усесться перед пер- выми рядами на пол, чтобы ничто не мешало нам следить за событиями на экране, совсем не замечая неудобств полового просмотра. О, что это были за прекрасные фильмы, таких уже и не увидеть нашими взрослыми глазами. В нашем околотке в то время часто выключали свет, особых неудобств мы не ис- пытывали. Холодильников тогда ни у кого не было, продукты, которым требовался холод, хранили в подполье и доставали всякий раз, когда садились естьэ. Свечи создавали особый за- гадочный колорит нашей детской жизни, очень ярко помню: темно, топится, вернее догорает, печь, в углях которой вот-вот будет готова картошка, мы – несколько ребятишек – с замира- нием сердца слушаем разные страшные истории или киносю-