Миллер В. Нескучная проза жизни. Том 1

157 бавляет вам другие, навеянные улицей и воспитанием. Вот и я пробую в который раз окунуться в далекое-далекое, мои по- пытки, естественно, ограничены памятью, которая то яркой вспышкой подбросит эпизод, то запрется железной решеткой и прячет в своих извилинах имена, события, людей. Пытаюсь собрать вместе обрывки воспоминаний и получается – а ни- чего связанного. Отчетливо помню себя маленьким, четырех- пяти лет, стою на крылечке нашего дома в городе моего дет- ства – Балее, и напрягаю сильно свои всяческие рецепторы чувств, так хочу сохранить навсегда свой образ, особенно по- тому, что на мне очень красивая рубашка надета с пуговками на нагрудных карманах, вокруг лето, тепло, зелено, ну чем не райская жизнь, так хочется её запомнить, я заставляю себя это сделать и, как видите, получилось, всегда теперь, если вспо- минаю детство, сразу вижу такого важного, в новой рубаш- ке мальца, еще все вокруг доставляет только радость в юной жизни. Другая и другие картинки, не связанные с давлением на память, так – обрывки сюжетов. Вот, например. В нашем околотке жил и иногда играл с нами мальчик, его звали Ва- лерка, мы, местные, звали его «Валерка-кашка», все потому, что у него была вредная в нашу сторону бабка, которая веч- но звала его домой кушать кашку, а особенно не любили мы её за то, что она всегда кричала ему на всю улицу, чтобы он шел немедленно домой кушать кашку и не играл с этими про- тивными и нехорошими ребятишками. Нам так не нравился этот Валерка-кашка, заносчивый и в бабку вредный, что не- кий период времени мы все думали как бы отомстить вредной бабке и насолить нашему сверстнику. И однажды такой слу- чай представился. Валерка, в основном, по указанию своей безумной бабки всегда вел себя вызывающе обособленно, и вот однажды вышел на улицу с воздушным шариком, по тем временам, честно, это вызвало у нас отчаянную зависть, тем более, что обладатель этого сказочного предмета тут же «за- несся» просто до невозможного. Страдая от его чванства и от- чаянно завидуя, мы все, объединившись, разработали целую операцию, заманили его в нашу группу, пообещав, что не бу- дем дразнить его обидным прозвищем – «кашка», для виду, для замазывания глаз нашего зазнавшегося соседа, я не гово- рю приятеля, потому, что бабка его отрезала все пути к разум- ному приятельству, минут пять –десять играли вместе, потом кто-то из нас, смутно мне припоминается, что это был я, про-