Миллер В. Нескучная проза жизни. Том 1

40 26. О крепком сибирском характере Давно это было, в студенческие годы. Стройотряд нашего вуза, строим чехам социализм. Целых три недели строили, не построили, если честно, ни х…а, поехали смотреть Чехосло- вакию, как у них люди живут. Не помню точно, в каком это городе было, везде хорошо принимали местные молодежные организации, вполне веро- ятно, что казус, который случился со мной, был в том городе, где мы работали, или по приезде из России в Прагу, на первой остановке на чешской земле. Кстати, о нашей работе: да, землю рыли лопатами и отбой- ными молотками на фабрике текстильной «Хоста», где пода- рили нам, кроме зарплаты (о, эта первая иностранная валюта, с которой так жалко было расставаться), по две белых ней- лоновых рубашки, по тем 1960-м годам – просто писк моды, все общежитие пользовалось, выпрашивая это нейлоновое чудо на свадьбы и юбилеи. А как это чудо было легко стирать, правда, у одной рубашки я по неопытности помял, стирая, во- ротничок, но вторая долго еще служила мне на поприще «кру- того пацана в нейлоновой рубашке». Итак, будем считать, по приезде в город-герой Прагу встретили нас хорошо местные, как положено встретили, братались даже, накатили столь хо- рошо, а я еще уж очень юн и неопытен был, к тому же учтите эту первую и, тогда казалось, единственную в жизни поездку за границу, ну как тут не надраться, короче, вернулся я в сту- денческое общежитие, где мы проводили свою первую загра- ничную ночь, в хорошем, ну очень хорошем виде, таком, ска- жем прямо, виде, что упал я на отведенную мне студенческую постелю, да так упал, что отломились две ножки деревянные у деревянного же ложа моего. Кровать моя накренилась есте- ственным образом в сторону противоположную стене, что должно было привести к неминуемому скатыванию моего еле живого юного тела прямо на чуждый мне чехословацкий пол. Но не тут-то было, не на того нарвались, господа хорошие! Верьте, не верьте, так и провел я ночь в накрененном по- ложении моей кровати, спал даже, но и во сне лихорадочно контролировал свое наклонное состояние. Периодически сползал до края кровати, рискуя свалиться на истоптанный чешскими или словацкими пятками пол, умудрялся во сне подбирать мои бренные останки и выползать из опасной зоны.