Миллер В. Нескучная проза жизни. Том 1

51 словом – пора. Запихнули презенты и покупки в чемоданы, с огромными хитростями и предосторожностями замаскировали купленный Леней газовый пистолет, чувствовал, наверное, мой друг скорый карьерный рост, готовился к крутизне директор- ского положения. Честно, помучились мы с этим пистолетом, пряча и перепрятывая, придумывая и перепридумывая версии, что, если обнаружат… Словом, от нервных переживаний схуд- нули оба, растрясли накопленное от пива с колбасками. Леня от страха за вдруг обнаруженный пистолет, я – за компанию. Однако едем в аэропорт, с регистрации авиабилетов вышли ошеломленные и недовольные (в смысле – Леня) – не только не проверили наши вещи, даже наши паспорта не спросили, не ве- рите, спросите у моего друга, подтвердит. Честно, время было еще до терроризма, не было жестких правил на таможне и гра- нице, в смысле у них не было, у нас-то таможенники и погран- цы, да и аэропортчики еще не то откалывали, в смысле меркан- тильности и наживы, в другой раз расскажу подробнее. Короче, повеселел мой приятель, отлегло от сердца, чуть ли не поем, домой едем. Тогда еще в самолете наливали, может, мы и до- бавили сами чего, не помню, прилетели, короче, в город-герой Москву к вечеру.Погода – дрянь, а не погода, сумрачно, сыро, это после яркого, загнивающего от чрезмерного капитализма Бонна. Добрались до гостиницы «Россия», бросили вещи, по нашей русской традиции пошли прогуляться по родной столи- це и купить выпить, утром вылет. Ходим вокруг да около «Рос- сии», замерзли уже, а выпить найти не можем, Лужок, тот са- мый, который сейчас на последние грошики скромной мэрской своей зарплаты вместе с супругой, где? В Караганде, скажете, увы, Лужок, значит, недавно издал какой-то строгий указ, да та- кой строгий, что по темному уже осеннему времени, 9–10 вече- ра, чуть не остались мы без выпивки. Идем, гляжу – все более мрачнеет мой соратник, ему бы радоваться, пистолет привез из загранки, а он аж зубами скрипит и чуть слезу не пускает. Я, встревоженный за его моральное состояние, пытаюсь успоко- ить. Не боись, говорю, не такое, мол, видывали, нас, говорю, не испугаешь, найдем выпить, братан. Молчит сумрачный мой герой, только скрежет отчаянный зубов, и бормочет чего-то. Тут даже я струхнул, говорю участливо – да что случилось-то, да хрен с ней, с выпивкой и Лужком в придачу, чего ты?.. И только уж после бурных моих переживаний раскололся Лео- нид, отчего обидно ему и горько за родную сторону. Я уже не