Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. том 2

167 «скромные» попытки примаком войти в семью. С тестем-то понимание было, ему бы только дочь пристроить, его понять можно. А вот тёща, ё-моё, – это гораздо серьёзнее! Что-то я увлекся – всё про тёщу да про тёщу. Начали, коро- че, мы палатку ставить. Ставили, ставили, а она вся вырыва- ется из ручонок наших неумелых. Да и то сказать, что мои-то руки не приспособления палаточные больше искали, а другие разные предметы, которые и мягче, и соблазнительнее. Барах- тались мы с моей подсобницей, до того всё запутали, что при- шлось помощь вызывать. Хорошо, что откликнулся дядя моей невесты, он же глав- ный квартирмейстер, сообразительный был мужик, посмо- трел на наши раскрасневшиеся лица да и отправил погулять по лесу, охладиться чуть или наоборот, словом, мудрый был мужик. Заодно отправил с нами погулять свою дочурку, лет которой семь-восемь. Вот идем мы втроём, ребёнок резвится, цветочки собирает, вопросы мне и моей Матильде разные за- даёт. Мадмуазель моя рядышком – так и норовит ручонки мои шаловливые от тела своего, которое в спортивном костюмчи- ке в обтяжку уже не только заводит, но и с ума сводит, отве- сти, типа, неудобно же при ребёнке. А мне и ребёнок нипочем, пусть, думаю, учится. Одна проблема меня несколько напрягает. Дело к вечеру, однако ещё вполне светло, а у меня, что вполне естественно, моё собственное мужское естество так и норовит из спортив- ных штанов выпрыгнуть. Как ни пытаюсь от ребёнка отвер- нуться или ручонками своими замаскироваться, всё опасно, учует, разглядит ребёнок, в краску вгонит своими вопроса- ми неделикатными. Тут и в самом деле чадо наше любозна- тельное задаёт мне деликатный вопрос, типа, Вася, а кого ты больше любишь – сестрёнку мою или Ленина? Ни хрена себе, вопросик! Присмотрелась бы сама, была бы чуть повзрос- лее, поняла бы по моему вздыбленному состоянию, что не до Ленина мне в сей момент. Я даже от неожиданности такого вопроса не сразу и вспомнил, про кого это она спрашивает. Так и хотел прекратить прения мгновенным ответом, типа, ты на меня посмотри, сама поймёшь. Да вовремя остановился, стоп, себе думаю, а как же элементы патриотического воспи- тания? А вдруг она мой ответ через всю жизнь пронёсет, и я ей идеологию испорчу. Недолго, блин, колебался да и выдал: «Ленина, конечно, но сестра твоя сразу за ним идёт». Удов-