Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. том 2

193 который высказал глубокую мысль, что не надо стесняться ничего естественного человеческого. Было это в мои студен- ческие годы, когда мы с ним были на отдыхе по турпутевке в прекрасных местах – Теберда, Домбай, Сухуми, вместе путе- шествовали. Вот время было! Молодое, бесшабашное, безрас- судное даже. Но вернёмся к теме. Представляете, приметил я как-то, что леди мои домашние озаботились состоянием сво- их собственных фигур. И не то чтобы сильно того-с, попол- невшие, но что-то им померещилось – и захотелось похудеть. Вы знаете, да что я говорю, мне кажется, любой нормальный человек, если следит за собой, то периодически думает о по- худении. Я, кстати, не исключение. Думаю про это тоже пе- риодически, особенно когда вдруг брюки становятся в поясе туговаты, а то и совсем не застёгиваются. Думаю в основном, но не сильно напрягаюсь. А есть, которые совсем с ума сходят в погоне за стройностью фигуры. Есть, которые не сходят с ума, но иногда делают попытки. Вот и мои леди, мадам и дочь наша, решили поправить не- много свои вполне, с моей точки зрения, терпимые фигуры и начали пить специальный чай, который носит гордое назва- ние – «Похудей». Так прямо и называется – «Похудей». Ей- богу! Пьют они его на ночь только, посмеиваются о чём-то о своём, отшучиваются, когда я им намёки разные делаю. Не могу сказать, что в их пылких организмах что-то происходит, уменьшающее определенные размеры некоторых форм, но пьют дамы чай с благородной целью, да и пусть пьют, гля- дишь, не поправятся хотя бы. Гляжу на их довольные, ухмы- ляющиеся от внутренней правоты лица и думать вдруг начи- наю, а не попробовать ли и мне этот чай полезный, глядишь, и брюки будут вполне свободными. Не поверите, мне бы, чуда- ку, с леди моими посоветоваться о процедуре приёма, а вдруг грубый мужской организм не так среагирует, как их изнежен- ные организмы. Что сравнивать мой желудок, «измученный нарзаном» чкаловского производства и закаленный на нацио- нальных алкогольных продуктах советского периода времени, или их, воспитанные на шампанском, пусть и новосибирско- го «Винапа» разлива. Пенёк, не посоветовался, не спросил. И нарвался. Дальше, мадам-месье, вы услышите жуткую, но поучительную историю. Представьте себе, утром все разбега- ются по служебным делам, я обычно ухожу последним, как капитан с тонущего корабля, вот я и пристрастился по утрам