Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. том 2

198 кого не жалко, – подумаешь, прибьёт пару артистов, а чего их жалеть, на их место придут другие. Ей-бо, так и жили в этом с падающими потолками здании, построив деревянные щиты над головами, чтобы удары штукатурки смягчить. Не 37-й, время другое на дворе, но напоминает. Переехала кинохрони- ка из собора Александра Невского в новое здание, опять же про нас, убогих, вспомнили, передали в жутком состоянии со- бор филармонии, и начал там жить-поживать камерный хор. Тоже деревянные мостки строили, чтобы, ну, вы поняли, для чего. Смотрим в перспективу – и этому рады, авось будет и на нашей улице праздник, и до нас очередь дойдет, глядишь, ещё более помудреет наша правящая верхушка и отремонти- рует наши развалюшки. Проекты реконструкции заказали, обсуждаем, с ретроградами разными боремся. Какими ретро- градами? Объясню, время на дворе какое ещё? Очнулись иде- ологи среди архитекторов и давай двигать идею восстанов- ления Дома Ленина в первоначальном виде, без концертного зала, с мавзолеем и нелепыми лозунгами про «вечно живой ленинизм» на фронтоне здания. Кое-как отбились, и не только отбились и отстояли зал, даже выровняли фасады, т. е. при- строили этажик с одной из сторон. Уже и не кособокий до- мик наш стал. Тут другая беда. Начала наша церковь голову поднимать и назад «своё» добро требовать. Гонят нас, одним словом, из собора А. Невского. До дебатов разных дело дохо- дило, ваш покорный слуга в телевизоре боролся за камерный хор, на собрания разные ходил. Чуть не прибили самые рья- ные «немца и лютеранина» за попытки объяснения позиции и предложение жить дружно. На заборе строительном вокруг собора, а мы уже начали восстановительные работы, была пе- реполняющая меня гордостью надпись: «Долой Миллера!», это про меня, значит. Выгнали, отобрали собор, а хор камер- ный, как одно из колен филармонического народа, опять ски- таться начал. Тут ещё сюрприз: баушки-старушки с ветхими от времени партийными билетами и заветами кровавого крас- ного комиссара Эйхе, главного сибирского расстрельщика, перевыполняющего планы по раскулачиванию, осуждению и уничтожению людей, как-то резко вдруг восстали против фи- лармонии. Мотивация старых и недострелянных своими же однопартийцами была проста: в доме, носящем святое имя вождя, не место музыкантам-волосатикам. Так или почти так называли озабоченные за всенародную справедливость боль-