Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. Том 5

111 приличным, как бы я распоряжаться деньгами начал, всегда про книги и картины говорю. Накупил бы, было бы куда складывать и развешивать. Золотых унитазов и не надо, нам, что для души и сердца. Вася, друг мой, больше за музыку мечтает, послушать бы оркестр какой великий или солистов знаменитых, я среди нас более приземлённый, мне чего попроще, книги и картины. Картины у меня, естественно, кисти местных худож- ников, в основном подаренные, я уже рассказывал вам ранее, как коллекция формировалась, плюс, денег не присутствовало раритеты приобретать. Однако, жизнь в окружении живописи заметно разнообразней и интерес- нее. И вот однажды, мы с Васей что-то за великих загово- рили. Не сразу, разумеется, а после четвертой-пятой. Как при чтении моей литературы, там тоже разбег нужен, не накатишь, не сразу и поймёшь, о чём это автор плодови- тый строчит пером своим неистовым. И не то чтобы не видели мы с ним картин великих и знаменитых художни- ков, славу богу, удалось попутешествовать с гастролями оркестров по миру. С некоторых пор не пропускал я музеи художествен- ные и галереи, повидал, стало быть, прикоснулся. Что-то вдруг за Испанию взялись, может в тот момент для раз- нообразия, так сказать, вином испанским полировались. Скорее всего, а может и по какой другой причине. Про дам прелестных, не к ночи будь сказано, вспом- нили и накатили, чуть не прослезившись. Вася, друг мой неразменный, как философ с большим музыкальным стажем, чего-то про дам не только прелестных, но и вся- ких, вдруг заговорил. Про Маху обнажённую, мы её в Прадо видели, вдруг вспомнили, там ещё и одетая Маха рядышком. Из-за этой Махе автору, художнику испанско- му Гойе, чуть было от инквизиции не досталось на оре-