Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. Том 5

168 приводили мы в соответствие с задачами концертной де- ятельности, и порталы раздвинули, и круг поворотный поменять успели, и занавес заказали. Да много чего. По- том снова остановка, нет средств, опять ожидание луч- ших времён. А коллективы филармонические прибав- ляются не по дням, а по часам, и всем место надо для репетиций, и скарб нехитрый, где хранить, и инструмен- ты надо бы прикупить. Память хранит многое, как тру- ден путь к пьедесталу, какими новыми традициями об- растали, не забывая старые, а сколько имён музыкантов, артистов, личностей вписаны в историю филармонии. Всё это мелькает в памяти моей всякий раз, как под- нимаюсь в свой скромный кабинетик на третьем этаже, где встречает меня сам Маэстро портретом на стене, коллекция известная музыкальных галстуков, стены, увешанные галстуками, картинами и фотографиями, они как живые встречают меня. Здороваюсь мысленно, приветствую духов и призра- ков давнего прошлого, наполняющих кабинетик, вклю- чаю компьютер, усаживаюсь в кресло… Начинается мой очередной рабочий день в родной и любимой филармо- нии. Всего-то только тридцать пять лет назад с трепетом в душе переступил я порог этого дома, кажется, всё было совсем недавно. Хорошо помню, что буквально ужаснул- ся при виде картины, которую увидел в храме музыки. Мне, пришедшему в этот пока не очень знакомый мир из Дворца культуры имени Чкалова, странным показались потрепанные стены, обваливающаяся штукатурка, наве- сы деревянные, сберегающие головы музыкантов, разру- ха. И это храм искусства. Куда я попал, может ошибку совершаю, и пока не поздно… Восемнадцать лет стоял в центре города наш дом, забыли и правящая партия и рядовые коммунисты, все