Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. Том 5

26 3. Приятель Вася – мой биограф (тщеславные нот- ки человеческие) Вы, конечно, друзья мои, хорошо знаете моего при- ятеля Васю, я достаточно много про него вам уже на- говорил, в смысле написал. Известный в определённых и широких кругах музыкант, много лет работал в орке- стре с маэстро Кацем, да и сейчас ещё скрипит на своём заслуженном инструменте, периодически привлекается на некоторые программы. Если бы описать его жизнь, жизнь музыканта, так много и интересно рассказываю- щего мне за рюмкой чая про всякую жизнь свою, ей богу, повесть получилась бы увлекательная. Сколько гастро- лей, города и страны, какие музыканты рядом, извест- ные и великие! Сколько смешных и неожиданных историй сокры- то в этой насквозь музыкальной жизни. Таланта моего скромного не хватит описать всё так увлекательно, как Вася в минуты откровенности выдает мне по крупинкам из своего жизненного калейдоскопа. Я, разумеется, гор- жусь таким знакомством, вернее дружбой, дорожу доро- гими минутами общения и простого житейского фило- софствования о протекающей нашей жизни. Но, на днях я открыл в своём приятеле нечто особенное, что позво- лило мне зачислить его даже в собственные биографы. Память музыканта, очевидно, имеет совсем другие свойства, нежели у нас, простых людей. Попробуй-ка за- фиксируй в ней на каждый концерт тот гармонический порядок, нарисованный на нотной бумаге композито- ром данного конкретного произведения, а концертов-то сколько уже было? Нет, братцы мои, тут поневоле память потренируешь и доведёшь до высоты немыслимой. Я вот нечасто вспоминаю какие-нибудь любопытные моменты своей жизни, да и то только когда Вася обозначит тему