Лищук В., Владимиров В.

122 случаю надеть свой лучший прикид. На следующий день он явился к Директору в черном свадебном костюме, при бабочке и в лаковых туфлях. И попросил сделать новый снимок. Ему объяснили, что фото требуется именно покупателя, а не участника церемонии вручения голливудских Оскаров. К тому же прошёл незаметно, как проходит вся наша жизнь, месяц, и однажды наш герой с разочарованием обнаружил на стенде вместо своего фото другого покупателя. Он пришел в администрацию и стал выяснять, чем он хуже, а новичок лучше, стал сетовать на то, что был плохо одет, потом стал разбираться, кто определяет самого обаятельного, потребовал встречи с комиссией по отбору, хотел встретиться с соперником, чтобы уговорить его снять свою кандидатуру, и не добившись своего, попросил возможности участвовать в следующих фотоконкурсах и отстал лишь, когда ему подарили его фото со стенда и негатив… А неугомонная администрация на том же стенде вывесила фотографию «Самой обаятельной пары месяца». Фото – остановленное мгновение вечности. Мы храним альбомы таких мгновений, но, когда показываем их другим, все равно приходится объяснять – это Миша, а это Маша. Миша стоял около стенда, где он был представлен с Машей. Мимо шли посетители универсама, и им было абсолютно безразлично, кто на фото Миша или Моня, Маша или Мила, они видели просто обаятельную пару. «А мы и впрямь хороши, здорово смотримся», – подумал Миша, но не объяснишь же каждому сложившуюся ситуацию. Миша любил свою жену, с которой он прожил довольно безоблачно восемнадцать лет, и своих детей-двойняшек, а Маша любила своего сына и так похожего на него мужа, с которым она прожила довольно безоблачно пятнадцать лет.