Лищук В., Владимиров В.

136 – Ешь, сынок. – Мама, мне, как всем, – смутился Григорий. – Так и остальным так же, – удивилась Мария. – Вы же все для меня – дети… Григорий не знал, зачем пришли к Директору двое, как это принято сейчас говорить, два лица кавказской национальности. «Не думайте, что нам что-то от вас надо, – сказал тот, что постарше. – Извините, от дел отрываем…. Просто мы знаем, что вы нашим помогаете… И ценим это…». Григорий не знал, что Директор потом имел непростой разговор в районном отделении криминальной полиции. Хозяин кабинета в форме полковника поинтересовался: как работается, много ли воруют, и перешел к главному: – У вас сразу трое из горячей точки числятся, и как так получилось, что «свои» пришли к вам? - Кто свои? – не понял Директор. - Ильяс, Саид… Считайте, верхушка нашей диаспоры… - Действительно, они приходили, – подтвердил Директор. – Просто поблагодарили за… своих. - Я вас предупредил, чтобы были повнимательнее, – сказал полковник, – может, и не было бы такого полуофициального разговора, если бы не начальник службы безопасности универсама, знаем мы друг друга не первый год. У вас же там еще и в охране есть один… Воевал, ислам принял… То-то и оно… Зато Григорий хорошо запомнил тот вечер, когда их пригласили к себе «свои». Когда Григорий, Мария и Изабелла вышли из машины во дворе загородного дома, Григория поприветствовал по- мусульмански мужчина, а хозяйка дома увела Марию и Изабеллу на женскую половину. Мужчина же пригласил жестом Григория, и они прошли по дорожке из камней в беседку, где был накрыт стол. – Угощайся, брат, – предложил мужчина. – Можешь звать меня просто Саид. Кино «Белое солнце пустыни» помнишь? Я такой же Саид. Если спросишь, зачем я здесь, отвечу; стреляли! Отдыхай пока. Ильяс скоро выйдет. Самый главный, мафия! Это он узнал, что ты нашей веры, что жена у тебя из наших. Слушай, как это тебе удалось уговорить такую красавицу?.. Григорий вдруг почувствовал, как что-то неуловимо изменилось в спокойной обстановке, царившей во дворе: дети перестали кричать, играя, все мужчины встали, хотя кто-то из них готовил шашлык в углу, кто-то разговаривал и смолк, кто-то кидал кости на доску с нардами и остановился, все взоры обратились к одному центру – из дома вышел Ильяс. Хозяин. В беседке он поздоровался по-восточному, пожимая двумя руками руки Григория: