Лищук В., Владимиров В.

157 привлечь, потому как он незаконно пользовался бланками, печатью, а подписи на фальшивых договорах подделывал. Фактического ущерба заводу Верный человек не нанес, ни одна фура по тем договорам так и не была отправлена, потому и отпустили его на все четыре стороны по собственному желанию. Очевидно, со стыда уехал Верный человек из города в неизвестном никому направлении. Не знал Лещенко, что сказать жене и двум своим близняшкам, Алику и Денису. Не мог он, утром уйдя из квартиры и проболтавшись весь день неизвестно где, вернуться домой ни с чем. Словно лез, лез на гору, к вершине, к солнцу. Да не зацепился и покатился вниз, в пропасть. Глушил безысходную тоску водкой, уносил вещи из дома, пропадал неделями… В конце концов, у жены лопнуло терпение, и она подала на развод. А мужа выгнала, выставив за дверь единственное, что ему принадлежало – гитару. С ее помощью и влачил свое существование бывший озорник Сашка, бывший начпрод Сан Семеныч, бывший зам по тылу дивизии Александр Семенович Лещенко… …Полковник Рожин с трудом узнал «долбоюношу» Лещенко в бомже, который сидел с гитарой у стены в подземном переходе. Перед бомжом лежала офицерская фуражка, но редко кто в нее кидал милостыню, уж больно бомж был пьян, настолько пьян, что с трудом пытался исполнить нечто, похожее на романс. – Я же говорил, что мы еще встретимся, – даже без особого торжества, а с какой-то брезгливостью сказал Рожин. Он не был уверен, что Лещенко понял, потому что тот перестал играть и только тупо уставился на сапоги Рожина. Рожин достал кошелек и бросил в фуражку бомжа две купюры.