Лев Волков. Любовь запоздалая

32 В одну из последних ночей, когда они отдыхали после неуемных ласк, она спросила: - Скажи, Сережа, о чем я думаю сейчас? - О том, что мы счастливы, - не задумываясь, ответил он, выразив свое состояние. - Нет, я думаю о сыне, - приземлила его она. - Я буду тоже любить его, как собственного… - Ты предлагаешь переехать к тебе? - Ты сомневаешься? - Сомнения есть, надо все хорошо обдумать. У тебя однокомнатная квартира, мать. У меня двухкомнатная, жалко терять, а размен вряд ли реален. - Разве это существенно, - усомнился Сергей Львович. - Все существенно… - загадочно произнесла она. При этой фразе Сергей Львович ощутил легкое беспокойство. До самого последнего дня она так и не дала ответа на его предложение. Сергей Львович проводил ее до Москвы, где она собиралась пробыть еще один день у своих знакомых. Прощались они на остановке троллейбуса. Дул промозглый ветер, у него заслезились глаза, а они все стояли, пропуская троллейбус за троллейбусом. Это начинало его тяготить, так как он представил себя в ее глазах посиневшим от холода и от этого до обидного малопривлекательным. Наконец она вошла в очередной троллейбус, он тронулся, она помахала ему рукой. Ему вдруг стало так одиноко, хотя он еще не осознал всю важность случившегося. И только много позже, когда она перестала отвечать на его письма, он понял причину ее медлительности при расставании: она уже тогда знала, что они более никогда не увидятся.