Лев Волков. Любовь запоздалая

56 послышались щелчки, переходящие в шелест. Делаю еще три прыжка и на последнем терплю неудачу – нога, скользнув по кочке, подворачивается. Застываю в этой неудобной позе, готовый вынести все муки ада. Птица замолчала надолго, вслушивается в подозрительные шорохи. Ноги дрожат от напряжения, в висках надсадно стучат молоточки и пот разъедает глаза. Мысленно то молю птицу запеть вновь, то проклинаю ее. Увы, она не в состоянии внять моим мольбам. Идет борьба, которая может стоить ей жизни. Я понял это и не осудил ее. Обманутая тишиной птица, запела снова и снова прыжки сменялись томительным ожиданием. Теперь уже решительно ничего не понимаю: щелчки раздаются то чуть впереди, то сзади, то над головой. Набираюсь, терпения и внимательно изучаю кроны ближайших сосен. Я не заметил бы глухаря, если бы он не шелохнулся, чем выдал себя и на фоне светлого неба явственно вижу предмет своих желаний. Дожидаюсь второго колена и прицеливаюсь. Птица, ты проиграла жизнь! Он упал шумно, ломая сучья. Еще долго кружась, осыпался сбитый зарядом лапник, с тихим шелестом ложась на землю. Подхожу к лесному великану, еще живые глаза его смотрят на мир без ужаса, казалось, он принимает смерть гордо и спокойно. Нахлынуло вдруг сожаление о случившемся. Появление товарища выводит меня из состояния задумчивости и философских размышлений. Обсуждая подробности охоты, возвращаемся домой. Впереди новые переживания, горечь неудач и радость побед.