Сергей Прокопьев. Друг мой Слава

101 рапорт, его определили в фронтовую разведку. То был рядом с пе- редовой, но не в окопах, а тут основная зона боевой деятельности по ту сторону фронта, в тылу у немцев. «Что тебе сказать, – рассказывал сыну, – перед операцией пи- шешь всем письма, мысленно прощаешься, запросто можно не вер- нуться. В тыл уходили, погоны снимали, документы, ордена, медали оставляли. Легенда у каждого, почему за линией фронта оказался. Сколько нашего брата осталось там, начинаешь вспоминать, эх…» В марте сорок третьего на их фронте случилось затишье, но пе- ред бурей. Командование требовало языков, чтобы из первых уст узнавать, что противник задумал. Одна группа уходит безвозврат- но, вторая растворилась в ночи и тоже как в воду канула. Ефиму с третьей идти. Он к тому времени командовал взводом. Сел писать письма родным… И вдруг телефонограмма из Москвы: сержан- та Калиниченко Ефима Николаевича откомандировать в лётную часть такую-то. Авиазаводы поставляли фронту всё новые и новые самолёты, не хватало лётчиков, штурманов, стрелков. Пулемёт, что на бронепоезде, что на самолёте, всё одно пулемёт. Разведчика от- зывали для обучения на радиста-пулемётчика штурмовой бомбар- дировочной авиации, авиашкола находилась в Оренбурге. Учили Ефима воевать на пикирующем бомбардировщике Пе-2. По-насто- ящему воевать на нём Ефиму не пришлось. Искусного пулемётчика оставили при авиационной школе инструктором. Надо ещё добавить, при всех талантах Ефим сам из себя был гарный хлопец – фигурой статный, лицом красивый. В Оренбур- ге познакомился с гарной дивчиной Настей Кавун. В переводе с украинского – Арбузина, так как кавун – арбуз. Это если допустить капельку юмора, Ефим допускал. Если серьёзно – в паспорте значи- лось: Анастасия Александровна Кавун. Была она 1924 года рожде- ния, перед войной поступила в мединститут, но с началом боевых действий надумала осваивать авиационную технику, пошла в аэ- роклуб. Почему-то решила воевать не медиком, а лётчицей. Повое- вать не удалось, но и с медициной не сложилось из-за войны. Зато вышла замуж за почти лётчика. «Мы, Славка, считались первыми кавалерами на танцах, – рас- сказывал отец сыну. – Лётчики всегда в особом почёте были у деву- шек. Это одно, другое – не с пустыми руками знакомились. В части имелись осветительные бомбы, они, само собой, должны медленно