Сергей Прокопьев. Друг мой Слава

151 – Дай-ка я отведаю, – в свою очередь взял ложку Серёга. – Вы так сожрёте всё! – забеспокоился Петя. – Один пробует, другой! – Ещё минут десять надо, – сказал Серёга, – чтобы дошла. Минут через пять Толя поднялся с кровати со словами: – Пора посолить. – С солью не переборщи, – предупредил Серёга. – Ты, кажись, влюбился, картошку в прошлый раз испортил… – Я как-нибудь без советчиков, – деланно обиделся Толя. Он с деловым видом взял пол-литровую банку с солью, зачерп- нул пол столовой ложки, поднял крышку, бросил. – Помешай, чтоб не пригорела! – командовал Серёга. – Как-нибудь без слишком умных обойдусь. – Да скоро есть-то? – не выдержал Петя. – Да погоди ты, торопыга! – сказал Толя. – Мы не хрю-хрю не- доваренное употреблять. Потерпи чуток! И произнёс мечтательно: – В неё бы граммов сто масла деревенского, да в русскую печь, чтоб дошла. – Какая печь! – вскочил с табуретки Петя и бросился к плитке. Сорвал с кастрюли крышку, в ответ ударило в него облако пара, Петя инстинктивно зажмурил глаза, а когда открыл, вместо ведра каши, от коего хотел прилично отъесть, увидел в бурлящем кипятке сиротливо лежащий топор. – Дураки! – швырнул Петя крышку на кастрюлю и вылетел из комнаты. Толя с Серёгой, не сговариваясь, метнулись к столу, разломили напополам хлеб, ножом располовинили сало и вгрызлись в него… Когда через пару минут Петя снова заскочил в 512-ю, стол был пуст. Петя метнул на него жадный взгляд, а потом уставился на Толю с Серёгой, те сидели с набитыми ртами. – Дураки! – с болью в голосе прокричал Петя. – Чё так жрать- то! Я же на всех брал. – Дак мы думали, ты расхотел… – Думали они, – скривил презрительную физиономию Петя. – Вы только задницей и умеете думать. И ушёл, хлопнув дверью. И всё же Петя последнее слово оставил за собой. Он пришёл