Сергей Прокопьев. Друг мой Слава

163 простофиля попался на мякинку. Сам не один раз ловил других на живца, а тут заглотил его в предвкушении выигрыша. С пересмо- тром итогов спора ничего у Пети не выгорело, многочисленные свидетели держали сторону Аркаши. Формально все условия пари были выполнены, даже коньяк «Казахстан» доставлен из Алма- Аты, им 512-я отметила сдачу экзамена. Петя бухтел, выражал не- довольство, но от коньяка не отказался. – Мне больше конины лей, – командовал Аркаше, подставляя стакан, – если бы не я, не видать вам коньяка как своих ушей. Вино моё на халяву скушали, ещё и коньяк…По справедливости судить – моя это конина… Третье коронавирусное отступление А ркаша Чехов позвонил Толе Ройтеру и сообщил сногсши- бательную новость: он столкнулся с внуком Льва Давидо- вича Студеницкого. Поднялась температура, забеспокоился, вы- звал доктора. Приходит по фамилии Студеницкий. – Я его спрашиваю, – рассказывал Аркаша, – вы случайно не родственник профессору Льву Давидовичу? Оказалось – правнук. Рассказал ему, как прадед ловил рыбу. Он расхохотался. Очень по- хож на Теорему Ферма, особенно в профиль, в анфас не так, лицо шире, а в профиль – один к одному. Но по характеру – полная про- тивоположность. Подвижный, весёлый. Отправил меня по блату, как-никак я у прадеда учился, на компьютерную томографию, что- бы точно знать, что не коронавирус. – И что? – спросил Ройтер. – Всё в лучшем виде! Как говорится: сдай, сверчок, свой мазок! Или: незваный гость – хуже инфицированного! Теорема Ферма и камбала П реподаватель Лев Давидович Студеницкий был рафини- рованным математиком и интеллигентом до мозга костей. Студенты звали его Теорема Ферма. На одной из лекций с упоени- ем рассказывал о французском математике Ферма и его теореме. Лев Давидович ходил по коридорам института с отрешённым видом, погружённый в себя. Было ощущение, постоянно ищет доказательство теоремы Ферма. Толя Ройтер однажды оказался