Сергей Прокопьев. Друг мой Слава

198 Сергей Прокопьев – Лёнечка, – наконец спросил Семён Антонович, – я не обна- ружил ещё одну шляпу – «пирожок» табачного цвета. Не подска- жешь, где он может быть? – «Пирожок»? – вопросительно поднял брови Лёня. – Материал не гладкий, а как бы ребристый. – Па, мы её тоже брали в горы. – И что? – без всякой надежды спросил Семён Антонович. – Ничего. И ведь надо так закрутиться сюжету. До «пирожка» речь дошла в последнюю очередь, он остался на закуску. Семён Антонович уже не верил в положительный исход и всё же задал сыну вопрос: – Лёнечка, что значит «ничего»? – А что с ней могло стать! – сказал Лёня. – Мы её привезли обратно! Лёня встал из-за стола и вернулся со шляпой в руках. Она бо- лее походила на блин, чем на пирожок. Семён Антонович сделал вид, что очень обрадовался увиден- ному, тогда как Светланка вылетела из-за стола, чтобы просме- яться в своей комнате, – «пирожок» в форме блина добил девушку окончательно. Петя Волков сделал грудь колесом: – Я «пирожок» носил. Был в надёжных руках и на надёжной голове! Один Петя сумел сохранить коллекционный головной убор от порывистых горных ветров, бурных рек и жарких костров. Четвёртое коронавирусное отступление А йвазовский стенал: из подъезда не выпускают, на двери список жителей из группы риска – кому из квартиры вы- ходить нельзя. – Только что не написали заголовок: «Сим господам сидеть дома и не рыпаться!» – возмущался Витя. Он тоже фигурировал в списке «сидеть – не рыпаться» по при- чине пережитого инфаркта. – Витя, – сказал на это Серёга, – электрики говорят: лучше изо- ляция, чем заземление. – Сердечники, сидя дома без движения, быстрее заземляются.