Сергей Прокопьев. Друг мой Слава

204 Сергей Прокопьев общежития Маргоша. Удостоверившись, что Команданте покинула подведомственную территорию, отправились на четвёртый этаж. В комнате над радиоузлом Серёга завязал верёвку за чугунную ба- тарею, спустился дюльфером на один этаж, открыл окно в радио- узел, проник в «распивочную», а дальше дело техники. На следующий день было «кино и немцы». Маргоша довела информацию о беспорядках в радиоузле до деканата, парткома, профсоюзного комитета и комитета комсомо- ла. Собрала чрезвычайную комиссию и повела на место престу- пления. Декан, его заместитель, секретарь комитета комсомола, представитель парткома, ведомые Маргошей, направились в обще- житие. Команданте вышагивала впереди всех, в туфлях на высоком каблуке, деловом, хорошо сидящем на ней костюме – решительная, уверенная, разящая. Общежитие припало к окнам – такой представительной деле- гации оно спокон веку не видело у себя. Подойдя к радиоузлу, Мар- гоша первым делом удостоверилась, что печать на двери в целости и сохранности, повернула ключ в замке, толкнула дверь, показала членам делегации рукой – заходите. Дескать, я уже видела, теперь вы полюбуйтесь, что творят ваши студенты, на которых государ- ство такие деньги переводит. Вместо того, чтобы день и ночь сидеть над учебниками, – пьют вино, играют в карты, безобразничают. Делегация во главе с деканом проследовала в комнату. И вста- ла посреди неё в лёгком недоумении. Никаких следов пьянки, безо- бразий, безнравственности – ни бутылок, ни окурков, ни карт. Чи- сто, прибрано, на стене политическая карта мира. Серёга даже пол подтёр. Страшно не любил это делать в родной 512-й комнате, но тут очень хотел досадить Маргоше, у него с ней не один раз стычки случались, тоже имела на Серёгу зуб, и он ответный. Декан хмыкнул, окинув внимательным взглядом радиоузел, и сказал коротко: – Стены и потолок пора бы уже побелить. Повернулся и пошёл к выходу, за ним последовали остальные. Маргоша хлопала глазами, она была растеряна, обескуражена и убита. Всю ночь мечтала об этом сладком моменте, а он оказался горьким. И всё же Маргоша дождалась праздника на своей улице, пусть не по поводу торжественной постановки в стойле долговязого Гоши.