Сергей Прокопьев. Друг мой Слава

61 Мазут, уголь и бандиты З авершая наш урезанный Княжеский крестный ход, киломе- тров за двадцать до Омска Слава позвонил в Называевск Аркадию, специалисту по плотницким и кровельным работам. Гриша с бригадой закончат кладку, сразу бы плотникам приступить к работе. Аркадий сначала дал согласие, но потом начал темнить. Слава пытался выяснить, в чём дело. Аркадий ссылался на возник- шие обстоятельства, умалчивал, какие. И не говорил твёрдо – возь- мётся за работу или нет. – Опять двадцать пять, – окончил разговор Слава. – Вроде бы договорились с ним. Мастер хороший, мужик самостоятельный. Русский, но не крещённый. Шестьдесят два года. Я ему говорю: заодно покрестим тебя. Хочешь в Называевске, хочешь в Омске, хочешь в Новопокровке, с игуменом Серафимом договорюсь, при- едет, покрестит. Он: зачем, Бог, мол, у меня в душе. Я это «Бог в душе» уже слышать не могу. Иной даже «Господи, помилуй» молит- вы не знает, но Бог у него якобы в душе. Аркадий – своеобразный плотник, философией интересуется. Надо, говорит, Сенеку почи- тать. Пытался ему объяснить, зачем ходить вокруг да около, искать у кого-то крупицы истины, если в Евангелии вся истина. Забегая вперёд, скажу, не сразу, но взялся Аркадий за новопо- кровскую церковь. Прошло дней двадцать после Княжеского хода, Слава как ни искал других плотников, не нашёл, ещё раз позвонил Аркадию, тот согласился. Что удивительно, он в процессе работы выразил желание креститься. Но об этом позже. А тогда в машине Слава рассказал ещё одну историю из своего бизнес-прошлого, о работе с Петей Генкелем. Петя Генкель давно стал Питером, сменил Сибирь на Германию, Называевск на Мюн- хен, а тогда был Петей, Петькой, Петрухой. Он быстро сориентиро- вался в складывающейся в стране и мире обстановке: в Германии обрушили Берлинскую стену, в Советском Союзе обрушили Совет- ский Союз. Надо делать выводы и не теорией заниматься, а делом. Кто застал те времена, знает, все поначалу поголовно верили, прой- дёт чуток времени, всё вернётся на круги своя, будет так же, как в Советском Союзе, но значительно лучше. Петя-Петруха на эту тему слишком не заморачивался. В его планах на светлое будущее главным пунктом стояла Германия. К тому времени никто преград