Сергей Прокопьев. Икона для президента

101 ИКОНА ДЛЯ ПРЕЗИДЕНТА Таких, как я, собралось человек двадцать. Один за другим про- лезают паломники в небольшое отверстие в скале. Я, конечно, уже не пёрышко лёгкое, давно утратила сорок шестой девичий размер, да смотрю, люди моих габаритов, даже крупнее, запросто ныряют в пещерку. Поэтому не сомневалась – пройду. Полезла, ан, нет – не пускает сходу пещера. Все с интересом уставились на меня. Кто-то посоветовал снять кофту. На мне в восемь ниток вязаная толстен- ная кофта, погода прохладная в тот день стояла. Снимаю, остаюсь в футболке с коротеньким рукавом и упрямо вонзаюсь в лаз. Меня как стиснуло, как сжало, еле выдернула себя наружу. Рванула со всей силы, руку до крови ободрала… Монах, стоявший при входе, разволновался, глядя на меня, по- шёл к мощам молиться, но я больше не отважилась повторять по- пытку. Пока стояла в очереди, монах рассказывал, что утром приходил батюшка необъятных размеров, так он птичкой туда и обратно про- скочил. И поведал свежий случай, о котором даже газеты писали – в пещерку женщина пролезла, а на обратном пути застряла. И не мог- ла выбраться, пока за неё не стали молиться монахи, и пока она не исповедалась специально пришедшему батюшке в смертном грехе – мать отравила... Понятно, в каком я настроении возвращалась в гостиницу. Как ни крути, а не пустил батюшка Иов к себе. Не заслужила, выходит. Сижу в унынии… Рука саднит, будто тёркой по ней прошлись… На улице пасмурно… На душе хмуро. Потом думаю: что это я беднень- кой, несчастненькой прикинулась? Я куда приехала? На выставку? В музей? Я приехала к великому молитвеннику земли православной! Вместо того, чтобы вначале исповедаться, причаститься, пригото- виться должным образом, рванула, как на вернисаж… Отчитала себя и стала рассуждать: ведь неспроста батюшка Иов не пустил. Что-то неугодное Богу содеяла, раз прихватила пещерка. И сам собой встал перед глазами омский аэропорт и группа бапти- стов. Вот тебе и затаившийся грех. Ни разу не каялась на исповеди, что два года ходила к ним, послушания несла, работала, десятину отдавала. Вечером пошла на исповедь. Иеромонах (пожилой, борода се- дая) услышал о моём баптистском прошлом и так напустился на меня многогрешную, так вознегодовал… Каялась со слезами: сама