Сергей Прокопьев. Икона для президента

159 ИКОНА ДЛЯ ПРЕЗИДЕНТА отслужит, и нет его. В церкви надо жить, а наша пустует. В дела церкви я старалась не лезть, но хочешь, не хочешь, если это одно помещение. В своей части капитальный ремонт делаю, посмотре- ла крышу – надо перекрывать. Нехорошо, свою часть сделать, а над церковью непонятно что. Батюшке сказала, он отреагировал: как хотите. Поняла – деньгами не поможет. Нашла благодетеля и всю кровлю поменяла. Начала красить снаружи здание, тоже не делю – это моё, а это пусть как стояло серым, так и стоит. Все стены обновила. Из развалюхи сделала красоту. Благоустроили церковный двор, поставили забор, клумбы разбили, саженцы по- садили. Всё покрашено, побелено, сияет. По реакции отца Андрея поняла: не нравится ему моя самостоятельность. Он в приходе главный, а получается – церковь без его участия преображается. Его нет, а жизнь кипит. Отца Андрея перевели на другой приход, владыка дал ново- го батюшку, отца Георгия. Тоже не привёз семью, не переселился в Преображенку. На службу в субботу-воскресенье приедет, а так, если только праздник посреди недели или позвонят усопшего отпе- вать. Деньги, которые получала от благодетелей, ни отцу Андрею, ни отцу Георгию не давала. Кассу держала в своих руках. Особенно отцу Георгию моя финансовая позиция не нравилась. Имел под- держку владыки, чувствовал себя уверенно. Точно не скажу: он ли вознамерился меня выжить или Зинаида Васильевна. Верховоди- ла в операции она. Настропалила главу сельской администрации, мол, монастырь Преображенке не нужен. Собрали что-то напо- добие схода. Но не в воскресенье после службы, а надёргали ста- рушек по селу в будний день. Деньги приплели, мол, себе дом от- грохала непонятно, на какие средства. Спонсоры дают на церковь, она их на свой дом тратит. Загребает церковные деньги. Для меня это обвинение вообще было высшим оскорблением. Свою пенсию вкладывала, а она у меня хорошая, десятину сына, десятину подру- ги, а также в бывшей моей организации работу вела, хорошо помо- гали. Получается – я это всё загребала себе. Их коробило, считали: женщина командует церковью. Командовать ею, я не командовала, живи батюшка в селе, ничего без его ведома не делала бы, но и не могла согласиться с положением: он в городе большую часть вре- мени, а я не могу пылинку с храма сдуть без его благословения.