Сергей Прокопьев. Икона для президента

243 КУЛАЙ – ОСТРОВ НЕСВОБОДЫ Садимся с машину, батюшка давит на газ, и вот уже мы въезжа- ем в преддверие Васюганья. Сосны исчезли – берёзы, осины, кустар- ник по сторонам. И дорога – разбитая лежнёвка… Монахиня Евдо- кия рассказывает, как однажды поехала из Васисса в Мартюши к зубному врачу. Не одна, восемь человек сели в уазик, все нуждались в стоматологическом лечении. У монахини накануне зуб разнылся, впору на стенку лезть. Решила вырвать, как раз клич по селу про- шёл – фельдшер договорилась со стоматологом в Мартюшах, примет страждущих из Васисса. Ехать каких-то тридцать пять километров, но уазик героически преодолевал смешное расстояние семь часов. – Добрались до Мартюшей во втором часу ночи, – со смехом рассказывает монахиня Евдокия о стоматологически-санитарном рейсе, – все в грязи с головы до пят. Толкали машину, подкладывали под колёса ветки. Пешком быстрее бы дошли. За всем этим я про зуб забыла. Самое интересное, врач посмотрел и говорит: «Вы ноги погрейте, зуб у вас здоровый. Не стал рвать, спасибо ему. Зуб по сей день служит». Мы преодолели расстояние от Мартюшей до Васисса минут за сорок. Батюшка остановил машину у деревянного высокого здания с большим сбитым из струганной доски крестом на фронтоне. Фрон- тон обшит рейкой, почерневшей от времени, крест не успел потем- неть, ярко выделялся на этом фоне. Здание на вид крепкое. Строили из хорошего леса, с умом. – По-хорошему снять бы крест, – с печалью в голосе произнёс батюшка, – не будет здесь больше церкви. Жаль. Освятив её, владыка Феодосий скажет: «Это самая северная церковь, которую освящал». Он предложил в честь Новомучеников и Исповедников Российских. По глубокому снегу подошли к высоким окнам, сквозь выбитые стёкла окна заглянули внутрь церкви. Пол из широких плах крашен песочным цветом. Краска зашелушилась. Мёртвая печь в углу. – По площади церковь в самый раз для Васисса, – прокоммен- тировал батюшка. – Первое время бабульки придут, лавки поставят, как в клубе, рассядутся и ждут, когда я начну развлекать разговора- ми. В городе народ в отношении церкви тёмный, сам таким сколько лет был, в деревне вообще без просвета. Над селом, засыпанным снегом, залитым солнцем, стояла ти- шина. Я попросил монахиню сфотографировать нас с батюшкой на крыльце церкви.Монахиняотошла сфотоаппаратомкпокосившейся