Сергей Прокопьев. Икона для президента

36 Сергей Прокопьев Говорят, однажды Гагарин обронит в узком кругу: Бога-то я не ви- дел, зато Он меня видел. Это документально не зафиксировано, зато запротоколированы слова Гагарина, произнесённые на пленуме ЦК комсомола по воспитанию молодёжи, где он предложил восстановить храм Христа Спасителя как памятник воинской славы. Молодые люди, идущие защищать Родину, должны знать героическое прошлое страны. Имеются свидетельства, на торжественный приём в Кремле, устроенный пламенным безбожником Хрущёвым по случаю три- умфального полёта Гагарина, был приглашён и патриарх Алексий I. И вдруг в этом высшем атеистическом коллективе к патриарху в по- клоне подошла женщина под благословение. Кто? Что? Откуда про- сочилось мракобесие? Оказалось, мама Гагарина. Отлегло от сердца у партийных руководителей, перепуганных затесавшимся лазутчи- ком в их ряды. Если мать-старушка, это ладно, это ничего, что взять с тёмной женщины? Через два месяца после того, как владыка Венедикт займёт ка- федру Омско-Тюменской епархии, в июле «космического» 1961-го на Священном Синоде под давлением власти, исполняющей, прежде всего, волю неистового Никиты Сергеевича, будет принято новое положение о приходском управлении. По нему священников вяза- ли по рукам и ногам, лишали последних прав по экономическому управлению церкви, права передавались исполнительным тройкам, в составе коих были староста, его помощник и казначей. Дескать, духовенство должно отвечать только за духовную жизнь прихода. По логике вещей, главный в церкви кто? Тот, кто в ответе за всё. Зна- чит, настоятель. А вот уже и не главный. Другие вместо него коман- дуют в стенах храма. Владыка Венедикт не слишком подчинился новому порядку, старался экономические вожжи епархии держать в своих руках, не отдавая всё на откуп исполнительным тройкам, чем вызывал беше- ный гнев управляющего церквей области. В Москву летели реляции с жалобами и требованиями убрать самочинного епископа. Более того, вышли с предложением расформировать Омско-Тюменскую епархию, поделить её территорию между Новосибирской и Сверд- ловской епархиями. Исходили из принципа: нет церковного подраз- деления – нет проблем. Атеистическая Москва не настолько была наивна, быстро раскусила омичей: какие вы, однако, сибирские ва- ленки, хитромудрые! А кто за вас будет выполнять волю Никиты