Сергей Прокопьев. Икона для президента

69 ПОПУТЧИЦА ПРЕЧИСТОЙ боясь, владыка остановит, скажет «хватит». Надо успеть всё изло- жить, чтобы правильно понял. Про то, что мама молилась, боль в ухе прошла чудесным образом, не понадобилась операция. Владыка слушал молча. К матушке Евгении относился тепло. По-отечески, по-братски, с любовью. Не скрывал своих чувств. Кто- то ревностно воспринимал это, владыку данное обстоятельство не заботило. С началом восстановления Скорбященской церкви дал послушание тогда ещё Екатерине помогать настоятелю, следить за ходом работ. Она недавно похоронила мужа, временем располагала и полностью посвятила себя делам церкви. Где бы ни служил вла- дыка, обязательно видел её среди паствы. Была смиренной, немно- гословной, на глаза не лезла, старалась держаться в сторонке, и в то же время чувствовался твёрдый характер. Когда, волнуясь, как школьница перед экзаменом, подошла к нему за благословением на иночество, расплылся в улыбке. Ждал этого шага. Полушутя не- сколько раз говорил о монашестве, Екатерина уходила от ответа, но был уверен: созреет в решении. Так и получилось. И вот явление Пресвятой Богородицы. Владыка спросил: – На тебя страх не напал? – Заробела – да! – подняла глаза матушка Евгения. – Но сказать, запаниковала, нет. Приняла за цыганку. Совсем-то их не боялась, не бегала от них сломя голову даже в детстве, но обходила, приятного от встречи нос к носу не ждала, всегда сторонилась. В Омске в вой- ну они тоже попадались на базарах, вот и тут, увидела женщину, странно одетую, тревожно сделалось. Перед этим парашютист без парашюта. Подумала, цыгане колдовство напускают, гипнотизиру- ют, норовя обмануть. Но страху, чтоб ноги немели, – нет. – Богородица – это любовь, а значит, страху быть не должно! – Я ведь потом стала Ей о своих бедах рассказывать как родно- му, близкому человеку. Идём, а я говорю, говорю. О блохах, плохой кормёжке, мухах, как они нас, злющие, донимали… Чувствовалось, не просто слушает, жалеет всей душой…Утром ухо внезапно разбо- лелось, да так, хоть на стенку лезь, невозможно терпеть, а в городе разом прошло, и в Тамбовку не отправили. Ведь Богородица устро- ила. Кто больше? Матушка вышла от владыки с колотящимся сердцем, теперь уже от радости – поверил. Она так и не решилась рассказать о Бо- городице игумену Борису. Были моменты – подмывало поделиться, но почему-то сдержала себя. Уже в иночестве однажды поведала