Венчаны Спецназом. Сергей Прокопьев.

132 Сергей Прокопьев корсак, зайцы, волки. Сейчас понемногу восстанавливается фауна. Сам видел дрофу, стрепета. Журавли гнездятся, лебеди прилетают выводить потомство… Утки меньше стало. Было пять озёр в нашей округе, три ушло. То же самое Украина. Какие богатые земли, а смотришь, и сердце кровью обливается – поля изранены, изрыты взрывами. Что касается людей – очень изменились. И не только война, под- черкиваю, тому причиной. Я на украинской мове балакаю, дай Бог иному украинцу так размовлять. Папа у меня русский, мама укра- инка. В селе, где у нас пункт временной дислокации, со многими местными познакомился, свой у них. За советом приходят. А то и защиты просят. – Петрусь, – кажу, – ты же добра людына. Для чего ты його лопа- той вдарил. – Вин дэсять сантимэтров моей земли забрав! – Ну и шо? Ну хай забэрэ! Тоби шо жалко? Ты же не садишь на ней, то межа. – Но це ж моя межа! И десять сантиметров земли делают людей врагами. Соседа ло- патой огрел, рука не дрогнула. Неустроенность последних лет озло- била. Боятся на Донбассе украинской мовы. Сразу спрашивают меня: ты националист? Да, кажу, нацик. Пришов до вас зачищать вас. Сами по себе хорошие люди, наивные, доверчивые, но сколько лет никто не занимается ими. И с незапамятных времён кто-то норовил под- мять под себя – турки, татары, литовцы, поляки, французы, немцы. А теперь ещё и нацики. Президент Петро Порошенко грозил с экрана: «Ваши диты будут у подвалах, а наши у садки ходыты. Ваши диды будут помыраты на огородах, а наши диды в клиниках, госпиталях ликуватыся». Брошены на произвол судьбы. Люди хорошие, влюбчивые. Когда расположишь его к себе, всем сердцем потянется. Начинаю говорить: вы Бога не любили, вот и пришла война до вашей хаты. Почему отвер- нулись от Бога? Сколько человек из деревни ходит в храм? – Чоловик дэсять. – Эти дэсять чоловик, – кажу, – попадут в рай, а вы все – в пре- исподнюю. – Як цэ так? – глаза таращат от такой математики, не хочется в преисподнюю. – Як цэ так?