Венчаны Спецназом. Сергей Прокопьев.

143 говорю: «Да что вы плачете, родные мои сестры? Радоваться надо!» Они: «Ты знаешь, так красиво! Такой у нас мужской голос в храме чи- тал, пел! Такая прошла служба!» И не я тут причина. Истосковались по церковной молитве, поняли сердцем, трудно без неё жить. Хоро- шо, у вас в городе столько храмов. Бабушкам моим в районное село в церковь надо ехать, много не наездишься. Вы спрашиваете о молитве на войне. Идёшь на боевое задание, в тебе неосознанный страх. Не знаешь, что будет, но не строй иллюзий, что ты легонечко проскользнёшь, пронесёт тебя красивого. Ты штур- мовик, этим всё сказано. Настраивайся на боевую работу. Когда начи- нает рядом рваться, даже не страх – жуткое неуправляемое состояние. Слева снаряд разорвался, сзади. В один момент всё переворачивается в голове. Страх отступает, начинаю: «Господь – просвещение моё и Спаситель мой, кого убоюся? Господь – Защититель живота моего, от кого устрашуся…» И полилась речка: псалмы 26-й, 90-й, 33-й… Ну 108-й это когда тебя начальник донимает и надо отбиваться. У царя Давида псалмопевца опыт был богатый с гонителями. Псалмов много знаю наизусть, несколько лет часы читал в храме… Летим на передовую на «бусике», микроавтобусе, у нас «уазик»-«буханка». Хохлы называют «бусык», мы смягчили. На борту у меня написано: «Кто яко Бог?» – имя святого Архистратига Михаи- ла так переводится с еврейского. В Апокалипсисе он поверг дракона с его прихвостнями: «… и низвержен был великий дракон, древний змий». Как-то лечу, ахматовцы патрулём на дороге, перед ними тор- можу, они надпись прочитали, руками машут: езжай! Кто Бога любит, тот и другого любит. Я за рулём, сбоку штурман, парни сзади. Еду с молитвой от старта до точки. Всё, что знаю, читаю, парни меня не трогают. Двигатель мо- нотонно гудит, я монотонно молюсь вполголоса. Они слова не разбира- ют из-за гула мотора, но слышат – молюсь. С разговорами, вопросами не лезут и тишина до самой выгрузки. Мне доверяют, знают, я их не брошу, не оставлю, заберу, вывезу. По дороге попросят: «Купол, оста- новись, по нужде надо». Быстренько справили дела, сели, я снова: «Во имя Отца и Сына и Святаго Духа». И пошло-пошло… Слава Богу, до точки доехали. Ребята уходят работать, я свою работу делаю. Пришло время возвращаться. Начинаешь думать, как их выдернуть, чтобы все живые вернулись. Страх за них, отцовство на тебя давит, ни погоны, ни обязанность – отцовство. Не сына спасаю, чужие для меня детишки, Снова идём вперёд