Венчаны Спецназом. Сергей Прокопьев.

149 впечатление – паникадило опускается на длинном тросе прямо с неба. Сергей крестится, прикладывается к иконам, они висят по сте- нам и в углах, где крыша не разрушена. На аналое, закрытом полиэ- тиленовой плёнкой, старинный напрестольный крест. Обязательный атрибут алтаря – семисвечник – возвышается у оконного проёма, вы- сокий, украшен коваными листьями винограда. Не исключено, ровес- ник храму. К стене приставлены выцветшие хоругви – Божья Матерь, Иисус Христос. Похоже, побывали под потоками воды. На стене большая тканая икона с преподобным Сергием Радонежским, рядом тканая «Троица» Андрея Рублева. Сергей прикладывается к образу, молится. Предполагаю, читает: «Пресвятая Троица, спаси нас! Госпо- ди, очисти грехи наша! Владыка, прости беззакония наша! Святый, посети и исцели немощи наша!» Столик, на нём трёхлитровая банка, закатана крышкой с про- резью. Это церковная кружка. На дне банки мелочь и несколько купюр. Камера выхватывает лист, лежащий на столе, с надписью печатными буквами, гласящей, что пожертвование на восстанов- ление храма. Под большой иконой Христа Спасителя, она стоит тут же столике, горка красных пасхальных свечей – бери, ставь, молись. Камера возвращается к Сергию Радонежскому, игумен земли русской печально взирает с иконы, задавая нам вопрос: неужели все усилия монахов, князей, царей по строительству православного го- сударства напрасны? Неужели зря погибли Ослябя и Пересвет на Ку- ликом поле? Неужели будут поруганы ворогами извне и ворогами, затаившимися среди нас, наши святыни – церкви, погосты. Неужели попусту усилия тех, кто поставил эту банку, неужели никогда больше храм не запоёт колоколами во славу Святой Троицы. Ангел-хранитель, укрой их своим крылом, убереги бойцов, что защищают дом по зову сердца. В спецоперации больше нет имён, есть позывной по рации. – Сокол, вызывает 407-й: вижу цель, «коробка», батарея – огонь! В боях тяжёлых прошу – им помоги, сынам России, нашим парням родным! Снова идём вперёд