Венчаны Спецназом. Сергей Прокопьев.

160 Сергей Прокопьев куда попали и почём у нас фунт лиха. Войну плохо представляют. Один твой земляк. Молодцы помладше меня, хотя тоже не юнцы, за пятьдесят обо- им. С позывным Кавказ из Дагестана, в своих горах уважаемый чело- век. Под Кизляром его село, а он в нём глава администрации. – Я мэр! – с гордостью представился. В пятьдесят пять лет отправился на войну личным примером воодушевлять молодых джигитов. Агитировал на СВО односельчан, они в ответку, в горах молодёжь тоже духа набралась, научилась пе- речить старшим, говорят Кавказу, мол, и сам не аксакал ещё, жена на пятнадцать лет моложе, справляешься с ней, значит, и с автоматом управишься. – И управлюсь! – Кавказ им. – Не жалеешь, – спросил его, – что пошёл? – Я мужчина! – сверкнул глазами. – Мадину жалко, что с женщи- ны брать-взять, плакал сильно, пускать не хотел. Второй боец, выделенный ротным на копку блиндажа, – Тамож- ня, родом из Омска. Кадровый военный, подполковник. Окончил ко- мандное военное училище в Новосибирске, но пороха не нюхал. Был заместителем командира СОБРа, последние годы работал на тамож- не в московском аэропорту. Отсюда и позывной. Пенсию хорошую получает. Поинтересовался у него, что побудило законтрактоваться? Ответил невнятное. Переспрашивать не стал, колхоз – дело добро- вольное. Гонял обоих. Смотрю, Таможня утром набрал питьевой воды зубы чистить. Объясняю: – Таможня, отставить так делать! Вода привозная. – А как? – Вон из бочки. – Там ржавая. – Питьевую надо беречь, иначе ржавую будем пить. С чисткой зубов разобрались, он черпанул воды из бочки, встал на полянку под солнышко и ну обливаться. Как заору на него: – Отставить! Хочешь уехать в чёрном мешке? Птички постоянно висят, а ты на виду, будто в пионерский лагерь приехал. И Кавказ такой же, привык в своём селе хозяином ходить, смо- трю – чинно вышагивает по позиции. Отчитал, на войне ходят пере- бежками, мы под постоянным контролем, срисуют твои координаты