Венчаны Спецназом. Сергей Прокопьев.

267 студёные моря – на пароходе по Енисею несколько суток. Оборо- тишься на юг – Хакасия, тоже не рукой подать. Казалась в детстве кра- ем загадочным, и в названии звучит таинственное, волшебное. Она и вправду мистически привлекательна зелеными сопками, озёрами, чистыми реками, отрогами на горизонте. И Хакасия ещё не граница, за ней Тува, упирающаяся в Монголию. И ты гражданин этой вселен- ной. Огромность страны вшита в подсознание, живёт в сердце, душе, ты всего лишь частичка благословенной земли, вся она принадлежит тебе, а ты ей. Николай Сербский относил к России заповедь Евангельских блаженств: «Блаженны кротцыи, яко тии наследят землю». За кро- тость Бог дал России безбрежные пространства, красивейшую, бога- тейшую землю. Русским, а не вероломным, хищным англосаксам, не воинственным немцам, не алчным французам. Им непонятна эта до- бродетель, посему пребывают в зависти, в соблазне – отчего столько богатств русским? Противятся Божьему повелению, не соглашаются с ним. Говорю это Ивану, он в ответ: – Я ведь до поездки к вам в Сибирь на Украину отвозил племян- нику гуманитарку. – Ну-ка, ну-ка, – не мог я не заинтересоваться, – расскажи. И он рассказал. – Племянник мой Лёня – десантник, командир дивизиона, майор. Его подразделение держит оборону на Днепре в Херсонской области. Реве та стогне Дніпр широкий, Сердитий вітер завива, Додолу верби гне високі, Горами хвилю підійма. Любили мои родители эту песню. Пели хорошо. Мама – певунья, и отец умел, мне, восьмому в семье, от их музыкальных талантов мало досталось… Но я отвлёкся, Лёне Днепр не ветром ревёт – быстро- ходными катерами, на коих хохлы постоянно рвутся на наш берег. И ведь знают, горячо встретят их, всё одно настырно лезут. Извест- но, со связью у наших военных проблемы. Как не быть, когда рулил Старлинк для племянника