Венчаны Спецназом. Сергей Прокопьев.

278 Сергей Прокопьев дорожку. Дедок уберёг от такой судьбины, научил, как подальше дер- жался от этой братии. После смерти Сталина начали дела пересматривать, брата осво- бодили. То ли ему в лагере политические посоветовали, может, сам догадался, напроситься в армию, чтобы снять судимость. Военкомат желание удовлетворил, парень крепкий, сильный, попал в войска ВДВ, их дивизия в 1956 году вошла в Венгрию на подавление мятежа. Много лет Коля говорил всем, ногу повредил, неудачно приземлил- ся, прыгая с парашютом. Лишь когда вышел срок, на который давал подписку не разглашать тайну, рассказал, как на самом деле вышло. Отвечал за связь в роте, за спиной переносная радиостанция сорок килограммов весом, продвигались по улице, рядом ротный шёл, а с балкона жилого дома очередь. Пуля, что летела в ротного, попала в радиостанцию, но другая брату в голеностоп, сустав повредила да так, что солдату сапог не надеть. Комиссовали. Вернулся в деревню, женился. И стал после этого зваться в де- ревне Коля Любахин или просто Любахин. Деревня большая, главная улица на восемь километров растянулась вдоль речки Тойды. Нико- лаев много, надо одного от другого как-то отличать. И прилипло – Любахин. Тёща была Люба-Любаха. Сельская звезда, из себя краса- вица, хозяйка отменная, а ещё и на язык остра, правду-матку резала в глаза, невзирая на должности и личности. Коля не потому Любахин, что тёщин подкаблучник, вовсе нет. По натуре зять и тёща под стать друг другу – оба огонь, порох, пламя, за словом в карман не лезли. По всем показателям, казалось бы, это как раз тот случай, когда два медведя в одной берлоге не уживутся. Ничего подобного, тёща и зять ладили между собой лучше не надо к удивлению многих. Что двою- родному брату Матрёнычу тёща досталась на зависть, что родному Любахину. У меня тоже, кстати, вполне тёща. Ну да не обо мне речь. Коля Любахин женился в тот эпохальный период, когда по всей стране зазвучал призыв партии и правительства – освоим залежные земли. Молодёжь Верхней Тойды массово откликнулась. Колю затея не вдохновляла, его энтузиазм порядком порастратился в лагерях, зато молодая жена со страшной силой рвалась поддержать движение целинников. Она была заводилой в деревне, сказывались мамины гены, громче всех агитировала за целину, и вдруг остаться дома, когда все подруги и друзья в авангарде советской молодёжи. Верхняя Тойда отправила целый отряд на освоение залежных земель.