Венчаны Спецназом. Сергей Прокопьев.

71 Песня будоражила, волновала. Смысл её ускользал от Николая, и Макс не мог толком объяснить. – Не бери в голову, – говорил другу. – Торкает тебя песня? – Торкает. – Ну и не заморачивайся. Через много лет, будучи алтарником, спросит у батюшки Влади- мира, как он относится к песне «Прогулки по воде», вольно трактую- щей сюжет Священного Писания. – Хорошая песня, – услышит в ответ. Макс строчил песни одну за другой. Приносил Николаю на суд, тот всякий раз говорил «классно», хотя «Наутилус Помпилиус» в ис- полнении друга торкал больше, хотелось подпевать, здесь не тянуло. «Может, я ничего не понимаю», – думал Николай. Случилось это на летних каникулах после десятого класса, до окончания школы оставался один год. – Колян, знаешь, что я придумал? – позвонил Макс. Говорил с азартом. Так всегда было, когда загорался новой идеей. – Показать мои песни Егору Летову. Домой к нему завалиться на Петра Осми- нина. Моя тётушка Валя рядом на Товстухо живёт. Это Чкаловский посёлок. Круто будет, если Егор возьмёт мои песни в свой репертуар. Ведь не хуже они его опусов… К фанатам Летова Николай не относился. Но Летов был звездой, пусть песни его не крутили по телевизору, о нём знала вся молодёжь. Операцию наметили на следующий день. С пересадкой доехали до остановки «Рынок». Этот район Николай знал плохо, раза два ездил в кинотеатр «Космос», а так не заносило. Макс волновался, посему рот не закрывал, говорил-говорил: – Тётушка у меня по жизни инженер, ракеты делает на заводе «Полет». Песни Летова не любит, маты ей, видите, не по нраву. У них в отделе девчонка, тащится от Егора, ездила на его концерт в Ново- сиб. В Омске не поёт, в психушку при Советах за песни упекали, с той поры зарёкся в Омске выступать. Метров триста прошли друзья от остановки. – Вот его дом, – показал Макс на пятиэтажку. Панели, из которых лет сорок назад сложили строение, когда-то несли на себе весёлый оранжевый цвет, да под ливнями, ветрами утратили оптимистичный окрас, выглядели облезлыми, пятнистыми. – Неказистый домик, – заметил Николай. Проклятие друга