Венчаны Спецназом. Сергей Прокопьев.

77 – Знаю, не все… И то потому… Будь бабушки побогаче, все бы гоняли… В церковь Николай пришёл после тридцати. Был уже капитаном, служил в Росгвардии. В тот день у Николая всё было плохо, одно на- кладывалось на другое. На службе наорал начальник, потом поругал- ся с родителями и с женой поцапался. Внутри всё клокотало, на месте сидеть не мог, схватил шапку, пуховик, выскочил из дома. За час до этого жена советовала: – Поговори со священником, может, что-то подскажет. Нельзя же так, который день места себе не находишь. – Что он может подсказать? – рявкнул Николай в ответ. И всё же ухватился за эту соломинку, ноги принесли к храму. Вы- тер слёзы, подходя к паперти, взойдя по ступенькам, обратил внима- ние, он расхристанным шёл по улице, остановился, застегнул замок пуховика. В храме спросил, как поговорить со священником. Сказа- ли, он в алтаре, следует подождать. Наконец вышел отец Владимир, беседовали больше часа. Запомнилось, батюшка сказал, не надо от- чаиваться, уничижаться. В конце разговора предложил остаться на всенощную, а завтра исповедоваться и причаститься. – Выпиши грехи на листочек, завтра исповедуешься, прича- стишься. И ходи в церковь почаще. Не сказать, что нестроения в жизни прекратились, нет, но с той поры в его жизнь вошла церковь. Мать с отцом ходили в Казачий Ни- кольский собор, а он по воскресеньям – в храм Всех святых. Как удивился Николай, когда батюшка взял через год в алтарь и благословил помогать ему. – Мама, меня батюшка благословил алтарничать. Скажу честно, подумывал, может, лет через пять заслужу. А батюшка раз и пригла- сил. Мама улыбнулась: – Батюшка у престола стоит, глаз у него намётан. Значит, мой сын не совсем пропащий. – Мам, ты как скажешь, «пропащий». – Ладно, не обижайся. Это я шутя. Все мы многогрешные. Батюшка Владимир благословит его на СВО. – Ты твёрдо решил? – выслушав Николая, спросил. – Да. – Тогда с Богом! Буду молиться за тебя, и церковь наша, и ты Проклятие друга