Сергей Прокопьев. Журавли Афгана

Сергей Прокопьев 98 из умывальника и начал подшиваться. И уснул. Да так крепко, что во сне указательный палец левой руки насквозь пробил иглой. Это нисколько не повлияло на мирное течение сна. Сержанты увидели картину крепко почивающего бойца с торчащей из пальца иглой и сделали вывод: – Если уж сибирячок скапустился, значит, переборщили мы. Тридцать человек из учебки Чирчика прилетели в Баракинский батальон (668-й отдельный отряд специального назначения Глав- ного разведывательного управления, провинция Логар) вечером третьего августа, накануне был день ВДВ. Как праздновал батальон неизвестно, но комбат вышел к новобранцам в трусах. Не потому, что потому, а потому, что жара. Командир батальона под два метра ростом посмотрел оценивающим взглядом на пополнение и остался доволен: – Крепкие ребята! Нам такие нужны! Потом повернулся к Артёму: – А ты как сюда попал? В воине, который, можно сказать, дышал ему в пуп, комбат не разглядел спецназовца. На что старший лейтенант Коломиец доложил, что десантник Дося проверен, настоящий боец, который наваляет любому. – Тогда в боевую, – определил судьбу Артёма комбат. Так с благословения командира Артём попал в боевое подраз- деление. В батальоне имелось три разведроты (первая, вторая и третья), разведгруппы которых снова и снова уходили на операции, действуя под девизом спецназа: «Врага надо увидеть, уничтожить, а результат доставить в ППД». Не всё получалось так браво, враг тоже умел держать оружие, но воевать против спецназа не любил. Первый бой Первый бой запомнился Артёму ароматом манго и ранением. Проходил вблизи знаменитого каньона Мухамед Ага, по которому шла дорога Кабул – Гардез. Сержант-дембель на вопрос: «Что такое Мухамед Ага?» – глубокомысленно изрёк: «Это, брат, ага!» То, что «ага», читалось по количеству сгоревшей и подбитой военной тех- ники по обочинам дороги. Валялись десятки наливняков, или того, что осталось от них. Ржавели бээмпэшки, изуродованные взрывами фугасов, сожжённые кумулятивными гранатами. Советская военная