Сергей Прокопьев. Журавли Афгана

Сергей Прокопьев 168 Вернулись в Меймене. Николай отвёз агента в город, скрытно высадил. На душе было скверно. Давид как агент звёзд с неба не хва- тал, но работал старательно. По заведённому правилу информацию «Кобальта», «Каскада», ГРУ и ХАД (афганского КГБ) обобщали, Да- вид не один раз попадал в точку. Надо понимать, не лучшую ночь в своей жизни провёл после той операции. Рано утром побежал на базар. Многие агенты-царандоевцы собирали информацию на база- ре, общаясь с жителями города и близлежащих кишлаков. На базаре были осведомители из гражданских. Один из них – владелец кафе Гулям. Каскадовцы прозвали его кафе «Вырви глаз», Гулям готовил отличные шашлыки, но водку подавал из разряда «вырви глаз». Ни- колай с Саней не один раз заглядывали к нему на шашлыки. Давид на базаре встретил земляков из родного кишлака, те рассказали о результатах бомбёжки – духов подчистую уничтожили, а родители Давида живы и здоровы, их дом не пострадал. Тут же Давид побежал к Николаю поделиться радостью. С Саней Киселёвым встретились, когда Николай обжился в Мейменовке, бородищу отрастил, лицом по цвету сравнялся с аф- ганцами. Бывали ситуации, приходилось под местных подделывать- ся – чалму наматывать, в халат наряжаться. Николай колоритно смотрелся. Борода не такая окладистая, как у деда Трофима была, но тоже ничего. Не зря Кастро звали. Примерно как у команданта рас- тительность на лице, даже лучше. Улетая домой, прежде чем изба- виться от неё, попросит в Кабуле солдата-парикмахера измерить бо- роду, тот вытянет её, приложит линейку – пятнадцать с половиной сантиметров вышло. Борода, как смоль, а из зарослей глаза чёрного огня. Один агент, откровенничая, скажет: афганцы говорят – есть у шурави злой Коля с бородой, лучше к нему не попадать. В методах оперативной работы Николай физического воздействия на допро- сах не применял, но психологически умел обрабатывать. Жарким июльским днём Николай вернулся из Мазари-Шариф, к нему с новостью сержант Юра Поворознюк, разбитной хлопец из Тюмени. Сержанты и прапорщики были в отряде в качестве охраны. – Дядя Коля, с вас сто граммов, новые каскадовцы прилетели и земляк ваш. – Какой земляк? – не понял Николай. – Из Красноярска.