Сергей Прокопьев. Журавли Афгана

209 Полтора десятка нурсиков передал дуканщику, сунул навар в карман и ушёл. Дуканщику откуда знать о наличии режиссёра спектакля под названием «Нурсики», который в нужный момент выпускал на сце- ну своих актёров. Дуканщик, разжившись новым товаром, выставил его на видное место. Прапорщик-покупатель не заставил себя долго ждать. – Есть, – утвердительно кивнул головой дуканщик на вопрос шурави и показал на нурсики. Цену специально загнул, на случай торга. В переводе на совет- скую денежную систему запросил четыре рубля. – Давай-давай! – оживился прапорщик-покупатель. – Сколько их у тебя? Все беру Не торгуясь, забрал всю партию. «Вот это навар! – по-афгански подумал торговец. – Вот это подъём!» Спектакль продолжается, приходят бойцы-покупатели за нур- сиками, а их нет. В следующий раз прапорщик-продавец (приоткро- ем завесу, он был режиссёром) предложил ящик нурсиков. За ту же цену – рубль штучка. И почти весь ящик ушёл по четыре рубля за нурсик благодаря шурави, покупающего оптом дефицитный товар. До него пришли бойцы, те взяли десять штук, прапорщик-покупатель снова подмёл всё остальное. Дуканщика охватило нетерпение, сродни тому, кото- рое испытывает золотоискатель, наткнувшийся на золотую жилу. И когда приехал на БТР прапорщик-продавец-режиссёр и предло- жил ещё один ящик нурсиков, дуканщик, скрывая волнение, задал горячо волнующий торговую душу вопрос: – Сколько ящиков можешь продать? Пять? Десять? – Не знаю, – глубокомысленно изрёк прапорщик-режиссёр, – «Урал» могу привезти, но не больше. Дуканщик кинулся по родне занимать деньги, набрал как раз на «Урал» нурсиков. Отоварился в предвкушении сумасшедшего обо- гащения. Однако прапорщик-покупатель исчез, больше не появился на базаре. И другие шурави перестали интересоваться нурсиками. Базар на то и базар: один дурак покупает, другой продаёт. Правда это или красивая байка, трудно сказать, для Любы, ШАШЛЫК ПО-БАГРАМСКИ