Сергей Прокопьев. Журавли Афгана

Сергей Прокопьев 232 Командир отряда был как страус: пересидеть, отбыть срок, ни во что не ввязываться. Николай пытался убедить его: надо работать с бойцами, война вокруг. Но бесполезно было что-то на эту тему го- ворить. По афганскому опыту знал: на войне боец должен быть в тонусе. Так было у них в бригаде. Офицеры не давали расслабляться. Гоняли, требовали. Ничего подобного не было в их отряде. Ночью пара опытных боевиков могла уничтожить если не всех, то много натворить. Николай прекрасно видел, как это можно сделать. В Афгане заснуть на посту было хуже, чем в плен попасть. Ещё в учебке вбивали в голову: каким бы сильным, здоровым ни был, заснул на посту – тебя зачморят. Этого боялись как огня. Будешь за всех метлой махать, стирать, дневалить – навсегда вычеркнут из бо- евой работы, а значит, ты не мужик. Николай однажды, будучи не в силах справиться с катастрофически наваливающимся сном, «Лез- гинку» танцевал. Только что автомат в зубы не взял. В Чечне бойцов своего взвода старался дрючить по полной, гонял, а всё равно не об- ходилось без казусов. Был такой Виктор Чуркин. Это ещё в Червлё- ной случилось. Чуркин ночью стоял на «собачке» – первом посту. Охрана входа в расположение отряда и главное – вагона, в котором спал отряд. Пост представлял собой навес от дождя, скамья под ним. Николай во втором часу, обходя посты, подошёл к «собачке», а там идиллия – Чуркин почивает. Прислонился спиной к стеночке и со- пит в обе ноздри. Николай взял автомат, постовой бровью не по- вёл, лишившись оружия, продолжал посапывать, будто у бабушки на печке. Николай хотел тут же шарахнуть его по башке, чтобы запом- нил на всю жизнь. Но передумал, с автоматом пошёл на централь- ный пост, оснащённый полевым телефоном и стационарной рацией, дабы держать связь с часовыми, и устроил перекличку. Все посты отозвались, Чуркин – молчок. Да что ты будешь делать? Автомат украли – спит, связь заработала – опять по барабану. Наконец ото- звался заспанным голосом. Дескать, отходил по нужде. Про автомат ни слова. Но вскоре прилетел с квадратными глазами: – Товарищ капитан, оружия нет. – Как нет? Ты в своём уме? – Николай в воспитательных целях принялся нагнетать эмоции. – Нету, – губы у Чуркина затряслись. Был он неплохим парнем, но безалаберным. Четыре года назад