Сергей Прокопьев. Журавли Афгана

Сергей Прокопьев 246 не прятался. Отец как-то сказал: лучше вторым, да живым, чем пер- вым, но мёртвым. Хотя сам всегда был первым. Страшно переживал за развал Советского Союза, предательство партийной верхушки. Плевался, когда телеведущий Кириллов на камеру сжёг партбилет. «Да ты же лез в партию, чтобы торчать в телевизоре! – кричал в экран, будто Кириллов мог его услышать. – Ты лизал задницы, вос- хвалял всех генсеков, а теперь, трясясь за место, сжигаешь партбилет на всю страну!» Отец окончил заочную Высшую партийную школу. Работал инженером в сельхозтехнике. До этого был в колхозе меха- низатором, потом поступил в техникум, окончил, это уже в райцен- тре, и поступил в партшколу. Николай удивлялся, с каким азартом он учился, с каким настроением после работы шёл на занятия. Рвал сердце, глядя на происходящее в девяностые годы. Может, оттого и умер рано, лишившись внутренней опоры, – в шестьдесят один год, за два года до Чечни Николая. В Аргун однажды привезли им гуманитарку – консервы, крупы, печенье, сигареты. В Великую Отечественную войну на фронт при- сылали солдатам посылки из тыла, и тут что-то подобное, только название пошлое – гуманитарная помощь. Доставили её пошло (это позже выяснится), доставили не абы кто, три подполковника из их милицейского управления. Не мелкие клерки, нет, командиры с большими звёздами прибыли в горячую точку подкормить под- чинённых, своими глазами убедиться, как они на передовой несут боевую службу. Время было жаркое. Не по боевой обстановке – по погодной. Солнце палило нещадно. Это не помешало офицерам всю водку, что была в НЗ у отряда, прикончить. На железной дороге частенько возникали ситуации, когда надо было договориться с машинистом маневрового тепловоза, дабы побыстрее перегнал вагон в другое ме- сто. Все мы люди, все мы человеки: с дефицитной валютой в кармане, коей является водка, транспортные проблемы решались на раз. По- сему решалово всегда держали в запасе. Командир отряда широким жестом показал схрон с «жидкой валютой», высокие командиры за здорово живёшь до последней бутылки ящик употребили, ни разу не поплохело им от дармовщины. Закалка была ещё та. Как в том анекдоте, в котором полковник отчитывал напившегося накануне лейтенанта: «Ну, выпил литр, выпил два, ну зачем же до скотского состояния напиваться, ронять честь офицера?» Не лейтенантами