Сергей Прокопьев. Журавли Афгана

Сергей Прокопьев 292 книга, которую написал Домин в череде своих книг-очерков, была на особо популярную тогда тему о безвинных жертвах сталинизма. Включил в неё материал о Бабиче. Тогда безоговорочно верил со- брату-фронтовику. И взялся собирать материал о его боевом пути… Образования Бабич не получил, работал слесарем на заводе до самой пенсии. Последние пятнадцать лет жил один, вторая жена умерла, детей у них не было. – Бог ему судья, – сказал мне Виктор Митрофанович. – Навер- ное, скучно было ему жить. Как сыч один в двухкомнатной кварти- ре. Мне несколько раз говорил: «Хорошо, ты умеешь книжки писать, я, было, попробовал, а фига два – ни шиша не получается». Вот он и начал упражняться в устном сочинительстве, придумывать себе подвиги. Хотелось хоть в фантазиях погеройствовать. И врал со сцены. Наш брат-фронтовик не любит вралей. Вы говорите, ветеран обещал по физиономии заехать Бабичу? Это, наверное, майор Соко- лов. Они однажды сцепились. Деды, обоим за восемьдесят. Соколов ему пиджак порвал, рванул гвардейский знак: «Не твой он!» Грозил- ся написать в областной Совет ветеранов. Да вскоре умер. Само собой, Бог судья Бабичу. И как ни крути, воевал он на пе- редовой, пороху понюхал. Псевдоафганец Лёня, скорее, был чистым вралём. Инок Роман продиктовал мне его телефон. Точнее – его пле- мянницы. Так Лёня говорил. Позже возникло у меня сомнение: а не сожительница ли она? Два раза попадал на неё, потом трубку взял Лёня и предложил встретиться у него в сторожке. Лёня охра- нял строительный объект. Несколько раз переносил встречу, у Лёни была какая-то путаница с дежурствами. Многое у него было путано. Наконец договорились сойтись в воскресенье, да и то получилось, что сначала на одиннадцать Лёня назначил встречу, потом на три- надцать, наконец на пятнадцать часов. – В три буду железно, – отрывисто говорил в трубку Лёня. – Во- рота закрыты проволокой, откручивайте, смело заходите. Я буду в будке. Ни в будке не обнаружил его (на двери висел замок), ни рядом с ней. Такое отношение к себе вызвало досаду, но я тоже упрямый, решил доиграть ситуацию до конца. Охраняемый Лёней объект представлял длинный, на шесть подъездов, двенадцатиэтажный дом. Панельный. Есть у меня