Сергей Прокопьев. Журавли Афгана

83 – Ладно-ладно. Не буду офицером. К чему веду, забыла спро- сить: у вас были хорошие командиры? – В основном – да. Ротный, капитан Грачёв, – человек с большой буквы! Ротный напоминал Валентину Владимира Высоцкого. На гита- ре хорошо играл. Ростом повыше актёра, чёрные усы, голос муже- ственный. Настоящий боевой командир, солдат берёг. Награды: два ордена Красной Звезды, четыре медали. Тело – сплошные мышцы, на турнике на одной руке подтягивался. За полгода до дембеля Ва- лентина он уехал в Союз, поступил в академию. – Он окончил службу полковником, – рассказывал дочери Ва- лентин. – Жаль, в конце жизни прибил его алкоголь. С этим врагом не справился, от пуль был заговорён, от стакана – нет. Два года назад ребята написали в «Одноклассниках» – умер. Упомяни его в сочине- нии. Что водка загубила – не надо, а так упомяни. Грачёв для меня образец советского, русского офицера. В бою мыслил мгновенно, стрелял из любого оружия. И пел классно. – Па, ты в прошлый раз говорил: в Афгане разных певцов пови- дал. Расскажи. Валентин в госпитале лежал, вдруг объявляют: Анне Вески при- езжает. Все знали её песню: Листья жёлтые над городом кружатся, С тихим шорохом нам под ноги ложатся. И от осени не спрятаться, не скрыться. Листья жёлтые, скажите, что вам снится. В школе на вечерах под «Листья жёлтые» танцевали. Вески с её лёгким прибалтийским акцентом была звездой. В роте имелась пара трофейных японских кассетных магнитофонов, песни Вески часто звучали, и вот она вживую. Летний клуб. Набилось под завязку. Проходы и те заполнены. Кто-то на костылях в проходе торчит, пока доковылял, ногастые си- дячие места заняли. Как и положено, офицеры в первом ряду. Анне Вески вышла, глянула в зал и попросила офицеров уступить места тем, кто на костылях. Офицеры молча встали, им принесли табурет- ки, стулья. А на первый ряд сели кто в гипсе или вообще ноги нет. – В Афган к нам, – рассказывал Валентин дочери, – приезжали ШКОЛЬНОЕ СОЧИНЕНИЕ НА АФГАНСКУЮ ТЕМУ