Трамплин. Омский альманах

30 с коллекцией «Анатомия аксессуара» на пятом курсе. Изначально мне страшно было идти к Галине Васильевне с эскизами. Я понимал, что это реальная концепция, чёткая идея. Идея того, что аксессуар из второстепенного предмета становится главным, то есть костюмом. Я боялся, вдруг ей не понравится, вдруг она не поймёт. А она вдруг говорит: «Это круто! Надо делать!» Для меня это был такой внутренний подъём, и я поверил, что эта коллекция выиграет. И мы взяли гран-при. начался кризис 14-го года, и я завершил на то время свою карьеру как модельера. Жил я тогда в Питере. Здесь у меня начался очень трудный период, депрессия и даже запои. Творческому человеку нелегко дается отсутствие возможности творить. Я считаю, об этом нужно говорить, чтобы те, у кого сейчас трудности, знали, что их можно преодолеть. Спустя полтора года мне позвонили из Министерства обороны и предложили приехать на собеседование с подачи Татьяны Михалковой, которая запомнила меня еще с «Русского Силуэта». Предложили работу. В итоге у нас так ничего и не состоялось, но я вернулся в Москву. Устроился на работу в модный дом Лизы Романюк, но с ней тоже спустя какое-то время пришлось распрощаться. И полгода не мог найти работу. Это было просто невозможно: тринадцать собеседований! Тринадцать! А ведь у меня на ту пору было огромное, весомое резюме. На последнем собеседовании мне сказали: «Молодой человек, вас никто никогда не возьмёт. Вы другого полета, такие не нужны в компаниях». Честно, я отчаялся тогда. Очень плохо мне было. Давай теперь коротко о том, чем ты занимался после института. После института сервиса я поехал еще учиться в Лондонский филиал Института Марангони, это было гран-при «Русского Силуэта». Я первый раз был тогда за границей. Восемь месяцев я там отучился. Приехал и пытался устроиться на работу, а меня без опыта никто не брал. Я хотел устроиться в русский масс- маркет, не получилось. Я говорил, мол, посмотрите, у меня портфолио, я обучаемый. А мне отвечали, что без опыта не возьмут. Потом я устроился к одному дизайнеру-модельеру, который одевает наших звёзд – Владимиру Середину. Поработал со звёздами, и мне стало неинтересно, потому что я никогда не прельщался славой других. Потом стал делать одежду для друзей, друзей друзей и так далее, сначала просто как ателье, а потом создал свою марку Atelier Galetsky. С этой маркой я сделал четыре показа, три из которых – в рамках Недели Моды в Москве: по фейкам, по Холокосту и по 90-м. А потом И что же наконец-то переломило ход истории? Два с половиной года назад началась новая история. Меня пригласили тогда в марку Asya Malbershtein, главным дизайнером. Была такая марка, которая специализировалась на кожаных аксессуарах. И я вновь вернулся в Питер. Марка эта спустя три месяца с треском развалилась. И вот совершенно случайно общие знакомые свели нас с моим нынешним партнёром Еленой Витебской. Как-то спонтанно закрутилось наше сотрудничество. У Лены были деньги, у неё было желание создавать одежду, у меня же была куча готовых бизнес-идей, идей брендов, которые могут хорошо выстрелить и развиваться. Эти идеи, кстати, родились у меня в тот период, когда я не работал, в те жуткие полтора года депрессии. Я презентовал их Лене, ей всё очень понравилось, и мы начали работать. Сейчас у нас две марки: Product of Imitation и COATS. Вторая марка – это верхняя одежда, пальто, как можно понять из названия. А вот у первой очень интересная и четкая концепция. Вообще Product of Imitation переводится как «продукт подражания», но это продукт подражания не в прямом смысле, а скорее в косвенном. Название марки символизирует не прямое копирование одежды тех или иных брендов, а обобщает всё то, чем занимается масс-маркет, мидл- маркет – всё, что находится ниже премиум-сегмента. Мы обнажаем всю суть индустрии, которая находится ниже тех, кто прогнозирует и разрабатывает новые тренды. Я сразу сказал Лене: с виду это всё будет очень похоже на премиум, это будут новые принты, разработанные с нуля или верно позаимствованные, это будут очень актуальные вещи, но… по доступной цене. То есть те, кто не может позволить себеCeline, Marni, Yves Saint Laurent, они могут какие-то отголоски найти в наших работах. Я считаю, это неплохо. Ивот за это время мы представили две коллекции на Неделе Моды в Москве. Первая была посвящена принцессе Диане, за основу второй я взял советский ретро-футуризм. Мы бы представили больше, но началась пандемия, все сейчас понимают, что это значит.