Между дублями

216 217 Между дублями Между дублями натизма. Хотя… на месте Каплан я и сама бы с удовольствием грохнула этого картавого недоноска. Какую страну разрушил! Марьяна с сожалением вздохнула. Степан на всякий случай тоже вздохнул. – Мужик…он же кровь любит. Ему кажется, что он от этого мужественнее становится. А на самом деле кто он – мужик? Кто? – Кто? – Ничтожная, трусливая тварь. Нагадит, нашкодит, плюнет в душу, а признаться, гад, боится. Нашкодивший кот – вот кто такой мужик. Но от меня всё равно ничего не скроешь. Я ж, как рентген, любого мужика насквозь вижу. Степан в испуге посмотрел на себя и от удивления открыл рот. – Но, не дай Бог, ночью, когда он спит, тронуть его за пота- ённое местечко. – Кого тронуть? – не понял Степан. – Кота? – А кота за что трогать? – не поняла Марьяна. – Ну не знаю… Вы же трогаете. – Кота? Смешно. Вашего брата, мужика, я в виду имела. Не дай Бог мужика ночью разбудить! А женщина – человек. Ей иногда и ночью хочется. – Чего хочется? – В туалет, глупенький. Так нет, развизжится мужик, как ре- бёнок. – «Как ребёнок», – улыбнулся Степан, – смешно вы расска- зываете. – Это тебе смешно. А нам, женщинам, не до смеха. Я поэто- му и не трогаю. Уж который год. Похлещу, потру, почешу, – он и захрапит, родимый. Но жизнь моя из-за них не должна стра- дать. Я ведь ещё молода и красива. Верно? – Верно. А мужья не ревнуют вас друг к другу? – Ты не женат? – вместо ответа спросила Марьяна. Степан покачал головой. – Вот женишься – узнаешь. – Понял. – Гуляй, пока молодой. И меньше об этом думай. Не за- бивай голову глупыми мыслями, – Марьяна похлопала своей ладошкой по ладони Степана, лежавшей на столе. – Веселись. Бери всё, что плохо лежит. Тащи в постель всё, что шевелится. Так все мужики поступают. И правильно. А такого добра, как баба, на всех хватит. – А если она замужем? – Ну и что. Даже удобнее. С мужа не убудет. А сама баба ни- когда не против. Мы, хотя и замужние, а частенько мужским вниманием обделены. – Так вы же не замужем! – Ну, я не про себя. Я образно. И запомни: к любой женщи- не смело подходить надо и брать нахрапом. Пока не очухалась. Они это очень любят. По себе знаю. Марьяна повернулась и взглянула на ловеласа у стойки бара. Тот увлечённо жестикулировал перед лицом молодень- кой девушки. Видимо, учил жизни проститутку. В это время в зале появились Майк и Жорж. Они увидели Марьяну, заулы- бались и закивали головами. Марьяна ответила им, и Степан заметил это. – И эти тоже мои, – пояснила Марьяна, – нравятся? – Красиво живёте. – Не жалуюсь. «Знакомые мужья» сели невдалеке и поглядывали на Марь­ яну. Иногда Марьяну закрывали молоденькие официантки со смазливыми мордашками в коротких юбчонках, ловко ла- вирующие между столиками с подносами, полными напитков. Степан, обрадованный новым знакомством, проводил де- вушку до номера. Марьяна сама открыла дверь. Степан хотел последовать за ней, но получил вежливый ответ: – Спасибо за компанию, Стёпушка. Спокойной ночи. Степан не услышал в голосе отказа и сделал ещё одну попыт- ку войти в номер. – Уже поздно, –Марьяна, как ни странно, улыбалась. –Комне захотелось, да? Степан, не ожидая такого быстрого окончания вечера, кив- нул головой. – Вы же сами сказали – «нахрапом надо». – Я много чего говорю, мой мальчик. Все женщины люби- тельницы поговорить. Но далеко не у каждого мужчины хва- тает терпения их выслушивать. В тебе ещё сохранилась чистота и непосредственность. Не порть о себе приятного впечатления. ФАТЬЯНОВ ВЛАДИМИР МИХАЙЛОВИЧ ФАТЬЯНОВ ВЛАДИМИР МИХАЙЛОВИЧ