Между дублями

224 225 Между дублями Между дублями Степан удивлённо посмотрел на горничную, а затем по сто- ронам. – Это я могила! – горничная постучала пальцем по своей гру- ди и на всякий случай перекрестилась. – Живой труп! Горничная взяла цветы и сняла целлофановую упаковку. – Так лучше. Не возражаете? – Хорошо. Степан собирался уходить, но горничная остановила его. – Простите, вы кое-что забыли… – Ах, да, – Степан достал бумажник. – Я имела в виду номер комнаты, – уточнила горничная. – А деньги, ну что деньги? Разве детишкам что купить. Конфеток. Марьяна разложила осколки безделушки на тумбочке и смотрела. Выбрасывать – жалко, а хранить – глупо. Её рас- суждения нарушил стук в дверь. – Войдите! – Можно? – в комнату осторожно заглянул Степан. – Можно, – Марьяна взглянула на Степана, – если вы, конеч- но, не маньяк. – Какой же из меня маньяк?! – засмеялся Степан. – А вы зря смеётесь. Все маньяки внешне как раз очень при- влекательны. И на вас похожи. Мне-то можете поверить. – Могу вас заверить, я тихий. – Надеюсь. Хотя, как говорят, и в тихих омутах черти во- дятся! Степан заметил осколки безделушки и решил сменить тему разговора. – Какая прелесть. – Жаль. Только купила. И всё этот… неуклюжий. – Кто? Маньяк? – Да, ещё один. Вы присаживайтесь. Степан осторожно присел на край дивана и замолчал. Он смотрел на Марьяну и всё ещё не верил – такая шикарная жен- щина и с ним рядом. Он хотел что-то сказать, но все слова, как назло, перепутались в его голове, и умные от глупых отделить невозможно. Вернее, глупые лезли на язык сами, а говорить глупость ему не хотелось. – Вы на лыжах катаетесь? – Не пробовала. – Хотите, я научу? – А сами-то умеете? – Сомневаетесь? В это время в номер постучали. Марьяна открыла дверь и увидела горничную с приветливой и, как всегда, хитроватой улыбкой и огромным букетом цветов. – Это вам! В знак, так сказать… И от всей души. – Горнич- ная сунула цветы. – А вот от кого букетик, просили не говорить. Ни-ни. Ну, если разве что только по о-очень большому секрету. За чисто символическую плату. – Я сама догадываюсь, – произнесла Марьяна и понюхала цветы. – Небольшая подсказка. Очень приятный, деликатный че- ловек, – таинственно произнесла горничная. – Долго меня уговаривал. – Я знаю, вас быстро не уговоришь. – Это верно. С первого раза редко кому удаётся, – улыб- нулась горничная. – А вы нюхайте, нюхайте. Хорошо пахнет, правда? Не то что дезодорант в туалетах. – Хорошо, понюхаю, – пообещалаМарьяна, но денег не дала, и горничная удалилась. Марьяна равнодушно бросила цветы в мусорную корзи- ну и прошла в гостиную. Степан сделал вид, что совершенно не слышал разговора, и схватился за осколки. – Бросьте вы это занятие. Бесполезно. Пойдём лучше на склон. Вы обещали научить меня кататься на лыжах. Если, конечно, сами умеете. – Умею, – обрадовался Степан. – Я только на минутку к себе зайду. – Хорошо. Встречаемся внизу. Через десять минут. Не опаз- дывайте. Марьяна прошла к двери, чтобы проводить Степана. Тот неожиданно остановился, увидев свой шикарный букет в му- сорной корзине. Марьяна перехватила его взгляд. – От бывшего мужа. Решил извиниться. Опоздал на минуту. Но я прощать не умею. Степан глотнул воздух, стараясь скрыть своё волнение, и даже покраснел. ФАТЬЯНОВ ВЛАДИМИР МИХАЙЛОВИЧ ФАТЬЯНОВ ВЛАДИМИР МИХАЙЛОВИЧ