Петр Гладилин. Вышел Ангел из тумана

37 Вышел ангел из тумана Екатерина Кондратьевна. А я вас предупреждала, ну вот и доигрались! В серу их, в серу кипящую! Илья. Ну, какое это имеет значение для вечности — зачем я надел мокрые плавки брату на голову? Гавриил. Это и есть альфа и омега, сладость жизни и ее горечь, краеугольный вопрос бытия, тайна миро- здания, хранимая за семью печатями. Зачем ты это сделал, Каин? Илья. Это мой младший брат, я с ним что хочу, то и де- лаю. Это сейчас он стал ходить павлином... те- лохранители, секретари и расписание на полгода вперед, а когда он был пацаном, я его метелил как сидорову козу, делал с ним все, что захочу. Эх, зо- лотое было времечко! Гавриил. Правды, я алкаю правды. Ольга. Он алкает и лакает одновременно. Илья. А что вы привязались ко мне, почему вы ему воп- росов не задаете? Он пошутил пострашнее, намного пострашнее: оставил меня в чужой стране одного, без документов и средств к существованию, я чуть не подох с голоду, три ночи спал на пляже, на топ- чане. Сергей. Во Флоренции теплые ночи. Илья. Он увез все мои деньги. Сергей. Это были мои деньги. Илья. Зачем ты взял мой паспорт? Сергей. Чтобы меня не обвиняли в отсутствии чувства юмора. Илья. Мерзавец! Гавриил. Я спрашиваю тебя, Каин, для чего ты возложил мокрые плавки на голову брата своего Авеля? Екатерина Кондратьевна. Тебя спрашивают, отвечай, пред ангелом стоишь небесным. Илья. Хорошо, я все расскажу. Итак, был прекрасный летний день, середина июля, я лежал в шезлонге и загорал.